Подвал Сильена покинула тем же путём, что и попала туда: усыпив бдительность стражи и проявив повышенную осторожность. Очень велик был соблазн выбраться через одно из окошек, но даже если их возможно открыть, закрыть за собой не получится. Значит, останется лишний след, чего необходимо избегать. Так что пришлось возвращаться на кухню и спешно подниматься по дымоходу, на этот раз хотя бы сильно не беспокоясь о том, чтобы не перепачкаться. Куда важнее выбраться до начала готовки, потому как Сильена услышала, что слуги начали просыпаться.
Она смогла облегчённо выдохнуть только когда оказалась за оградой. Восходящее солнце постепенно разукрашивало пустые улицы нежными красками, делая их не такими мрачными, пугающими, враждебными. Было прохладно, но после нервной ночки в чужом доме Сильена чувствовала только радость от возможности вдохнуть полной грудью свежий воздух. Хотелось задержаться на улице в этот тихий сумеречный час, но нужно было осторожно, перебираясь от крыши к крыше, поскорее добраться до гостиницы. Если бы Сильена решила пойти пешком, то с большей вероятностью привлекла бы внимание кого-то, кто решил в такое время не спать.
Нильс ждал её у окна и, судя по взгляду, всю ночь не спал. Хотя мог бы. Совсем не обязательно провожать, совсем не обязательно встречать, да и очевидно было, что Сильена вернётся только к утру.
— Всё в порядке? — с беспокойством спросил он после того, как впустил фею в комнату.
— Да. Думаю, я даже заметила кое-что интересное, — кивнула Сильена.
Она заметила оставленные на столе инструменты. Похоже, Нильс возился с артефактами, пытаясь отвлечься от сна и беспокойства. Сильена уже поняла, что он был из тех счастливцев (по крайней мере, так выражались люди), для кого работа — оплачиваемое хобби. В свободное время Нильс любил проектировать новые артефакты, дорабатывать старые, а также изучать влияние веществ на представителей разных видов. Он говорил, что сухая артефакторика никогда не будет достаточно эффективна, если рассматривать сферу только её взаимодействия с живыми существами.
Сильена увеличилась только для того, чтобы закинуть под стол сумку, а потом перелетела на кресло. Широко зевнула. Сначала казалось, что после такой напряжённой вылазки долго не будет идти сон, может даже придётся попросить у Нильса очередной травяной чай, но путь до гостиницы достаточно расслабил, чтобы теперь накатила усталость. Да и Нильс не походил на воплощение бодрости.
— Но если ты не против, сейчас нам обоим нужно поспать. А потом я уже всё расскажу.
Нильс тоже зевнул и, сняв очки, потёр глаза.
— Как бы любопытно мне ни было, но вынужден признать твою правоту. Спокойного сна, Синелюшка.
Оба проспали до полудня. На полноценные восемь часов это, конечно, не тянуло, но очень уж хотелось перейти к обсуждениям, а Сильена, к тому же, боялась забыть что-нибудь важное. Хотя что там было забывать? Она разложила на столе листы, где набросала план здания, и пересказала, где что, почти ни на чём не задерживаясь. Пока не дошла до четвёртого этажа.
— Это, — она ткнула пальцем в кривоватый круг, — должно быть частью шпиля. По крайней мере, на этаже я не видела способов туда подняться. Но и входа я не нашла. Вот эта часть стены, что в коридоре шла, — Сильена провела по дуге, — глухая. Я даже следов чар, скрывающих проход, не нашла. То, что рядом, должно быть комнатой Райлера. И мне кажется, что вход там.
— И ты думаешь, что там может быть хранилище? — уточнил Нильс, рассматривая другие этажи.
— Да. Конечно, там есть галереи, кабинеты, другие хранилища… Но ведь не будет он что-то такое важное, дающее власть над магом, за которым несколько лет продолжалась охота, хранить на видном месте. Или в недостаточно защищённых местах. Хотя… Было одно место… Сильена пододвинула к себе план третьего этажа и указала на выделенную комнату. — Достаточно сильно зачаровано, чтобы я туда не сунулась. Но рядом жилые комнаты, в другой половине гостевая часть. Поэтому я думаю, что там может быть что-то вроде кабинета Райлера, но более… Личного? Куда он не приглашает для переговоров. В общем, шпиль больше всего похож на нужное место. Сам этаж меньше, посторонние там мелькать не должны, а вход только из комнаты Райлера.
Нильс продолжал молча смотреть на планы, прикусив ноготь на большом пальце. Складывал полученную информацию в единую картину. После он достал очки, которые давал Сильене, и чистый лист. Положив очки на бумагу, Нильс стал водить над ними рукой, бормоча заклинание. На серой коже снова проявились светящиеся прожилки, а вскоре на бумаге начали появляться символы — следы чар, которые встречала на своём пути Сильена.
— Можешь вспомнить, где и какие видела? — спросил Нильс, передавая листок.
Сильена кивнула, достала карандаш и сделала подписи, отдельно выделив места, соответствовавшие загадочной комнате и шпилю. Она не помнила досимвольно каждые чары, поэтому ориентировалась по узнаваемым сочетаниям. Нильс осмотрел исписанный лист и удовлетворённо кивнул.
