Вначале все казалось проще, чем Дайна предполагала. Она позвонила Тай и пригласила ту к себе в гости пропустить стаканчик другой. Это было время суток, когда сумерки сгущались над Лос-Анджелесом, ненадолго превращая отвратительный коричневатый смог в красивое покрывало, опускавшееся на город. В долине глаза людей слезились из-за выхлопных газов, но здесь на Бел Эйр воздух был чист и свеж.
Тай прибыла в «Роллс-Ройсе» Найджела марки «Силвер Клауд», предпочтя его собственному «Спайдеру»: подобный жест был вполне в ее духе. Она надела по такому случаю черную запахивающуюся юбку из фая и кремовую крепдешиновую блузку. Ее волосы, подстриженные короче, чем тогда, когда Дайна видела ее в последний раз, казалось слегка потемнели, их цвет приблизился к каштановому, в то время как кожа Тай, как ни странно, приобрела почти молочный белый оттенок.
Дайна встретила ее у входа. Она была одета в облегающие темно-синие джинсы и льняную блузку со складками на груди, расстегнутую ровно несколько, чтобы показать, что под ней нет бюстгальтера.
— Входи, — пригласила Дайна гостью и улыбнулась. Тай с трудом отвела взгляд от ее приоткрытой груди. Чувственные губы Тай покрывал густой слой помады того же ярко-красного цвета, что и лак на ее ногтях. Дайна видела розовый кончик языка, похожего на голову гадюки, чуть просовывавшийся между этих самых губ.
Сама она, наоборот, в этот вечер подкрасила глаза, зная, что контраст их макияжа достаточно заметен. Показывая дорогу, она повернулась спиной к Тай и буквально тут же почти физически ощутила, как она впилась глазами в ее затылок.
— Должна сказать, я удивилась, когда ты позвонила мне, — донесся до нее голос Тай. — Помнится, мы несколько раз всерьез повздорили тогда в Сан-Франциско.
— Возможно лишь потому, что мы обе хорошо относимся к Крису, ответила Дайна, когда они переступили порог гостиной, освещенной одной лишь лампой с абажуром из травленного стекла, стоявшей возле обтянутой бархатом софы. Это создавало атмосферу тепла и интимности, иначе практически недостижимые в громадной комнате. Дайна подошла к бару.
— Выпьешь?
— У тебя есть «Циньтао»? Дайна заглянула внутрь бара.
— Кажется, у нас где-то была бутылка. — Она отыскала ее позади «Курвуазьера». — А вот и она. — Сломав сургуч, она налила водку в стакан, где уже лежали кубики льда, и добавила туда ломтик лимона. — Ты знаешь, у меня складывается впечатление, что мы обе ведем себя иначе, оказываясь вместе в его присутствии. — Она протянула стакан Тай. — Ты не находишь?
Черные глаза Тай холодно смотрели на Дайну поверх стакана. Она ждала пока Дайна готовила себе коктейль из «Столичной» на карамельках, и они обе стали пить молча, поднимая стаканы словно в честь друзей, отсутствующих, но незабытых.
— Ты, похоже, подружилась с этим сыщиком, — вдруг бросила Тай, не отвечая на вопрос Дайны.
— Каким сыщиком?
— Лейтенантом, расследующим смерть Мэгги. — Тай вслед за Дайной подошла к софе. — Как его зовут? Ну да, Бонстил. — Она уселась на диван, подогнув ноги под себя так, чтобы разрез на ее юбке увеличился, и сквозь него стал проглядывать кусочек бедра.
— Не больше, чем кто-либо другой, — спокойно отозвалась Дайна. Она приложилась к стакану. — Во всяком случае, я — единственная, кто может подтвердить алиби Криса.
— Неужели он думает, что Крис убил Мэгги? — Тай презрительно фыркнула.
— Понятия не имею, о чем он думает. — Дайна поставила стакан. — Он исключительно необщителен.
— Я знаю средство от этого... и ты, надо полагать, тоже. — Она бросила на Дайну тот же холодный взгляд. — Почему бы тебе не выяснить, что у него в башке. Это не должно составить особого труда.
— Почему тебя это так интересует? Тай вздохнула и поставила свой стакан рядом со стаканом Дайны.
— По-моему, это вполне очевидно. Я не хочу, чтобы кто-то мешал группе работать. В том числе и сыщик, находящийся в плену собственных фантазий. — Она залезла в сумочку из кожи ящерицы и, достав оттуда черепаховую коробочку, раскрыла ее. — Ты ведь знаешь, репутация — все для этих ребят. Если он никого не арестовал, на него оказывают давление. Если арестовал, все в порядке, и никто не капает ему на мозги. — Она пожала плечами. — Вот и все. — Запустив рубиновые ногти в коробочку, Тай вытащила крошечную серебряную ложку, «рабочий» конец которой погрузила в слой белого порошка. Она сделала два быстрых и глубоких вдоха, втянув по щепотке в каждую ноздрю.
— Он не собирается делать этого, — сказала Дайна.
— С чего ты взяла?
— Он не дурак.
— Все полицейские — дураки, — возразила Тай, положив лопаточку на место и захлопнув крышку коробочки. — Так или иначе. — Потом, словно спохватившись, запоздало предложила Дайне кокаин. — Хочешь попробовать? — И, не дождавшись ответа, уронила коробку в свою сумку.
Дайну так и подмывало съязвить по поводу щедрости Тай, но она сдержала себя, сказав лишь, что предпочитает алкоголь.
— Китайская и русская водки, — заметила Тай, протягивая руку к своему стакану. — Инь и янь. Очень интересно.
— Ты когда-нибудь пила русскую водку?
— "Столичную" — нет.
