— Ладно, — произнес он с расстановкой. — Ты просишь об этом и... в определенном смысле ты заслужила это. Теперь ты одна из нас, — он издал булькающий смешок, — хотя видит бог, Тай... — Он резко оборвал себя и оценивающе посмотрел на нее. — Но нет, теперь она вряд ли стала бы, а? — Он слегка улыбнулся. — Ты спасла мне жизнь, не один раз, а два.
— Я не...
— Я знаю. Дайна. Тай рассказала мне. Она думала, что таким образом сможет настроить меня против тебя, и ей это почти удалось. Пару недель я ходил такой злой и обиженный на тебя, что видел все шиворот-навыворот. До тех пор, пока я не обдумал все это как следует. Тогда постепенно до меня начало доходить, что ты сделала... чего не поняла даже Тай. — Он обернул полотенце вокруг плеч. — Она совершенно не понимает тебя, Дайна, ты знаешь об этом? Ты просто ошарашила ее... и перепугала до смерти.
Он опять коротко и слабо рассмеялся и, опустив глаза, посмотрел на свое обнаженное тело.
— Ты только взгляни на это, — вдруг сказал он. — А ведь мы так ни разу и не переспали с тобой. Его глаза закрылись, и он слегка покачнулся, но Дайна, прикоснувшись к нему рукой, привела его в чувство. Впрочем, улыбка вовсе не исчезла с его лица. — Словно гора с плеч, честное слово. — Он открыл глаза. Их белки немного просветлели, хотя по-прежнему слегка отливали желтизной. — Я никогда не забываю о своем члене. — Он уселся на край ванны. Взглянув на Дайну, он заметил. — Я окружен со всех сторон кучкой вампиров. Господи, как я умудрился допустить это?
— Не жди от меня сочувствия. Он покачал головой.
— Сейчас я меньше всего нуждаюсь в сочувствии.
— Крис, — осторожно сказала она, — ты хотел, я имею в виду: по-настоящему хотел уйти из группы на протяжении долгого времени, верно?
Он уронил голову на ладони.
— Да. Пожалуй ты права.
— Эта песня...
— Какая песня?
— Та, что я слышала, когда вошла сюда...
— Не помню.
— Не удивительно. Что это за вещь? Он вновь поднял голову и улыбнулся.
— "На проводах". Я написал ее для сольного альбома. Дайна, — он встал, — я уже сочинил всю музыку. Осталось только завершить запись в студии... У меня нет дома всего, что мне нужно для этого. Я смог записать там только основу песен.
— Почему ты так медлил? — спросила она. — Ты ведь чувствовал себя таким несчастным.
— Потому что я такой слабовольный придурок, — яростно отрезал он. — «Что если, — повторял я без конца. — Что если я уйду и на этом кончусь? Каким тупицей я буду выглядеть!»
— Но ведь дело не только в этом? Крис! — Она попробовала встряхнуть его.
Его отяжелевшие веки опять опускались. Он всей тяжестью навалился на Дайну, словно внезапно обессилев.
— Устал, Дайна... я так устал.
Она наотмашь хлестнула его по лицу.
— Ради всего святого, Крис, проснись! — Она яростно трясла его за плечи. — О, господи, не засыпай! Говори со мной. Крис! Говори со мной!
— О че...
— О чем угодно! Крис! — Она принялась лихорадочно соображать. — Расскажи мне, как умер Ион.
— Ион? А? — Его глаза открылись. Он смотрел перед собой тусклым взглядом; его голова болталась из стороны в сторону так, будто он вернулся домой после трехдневного беспробудного пьянства. — Ион?
— Да, ты ведь помнишь. Ион, твой друг. Он умер. Крис! — Она закатила ему еще одну пощечину и, застонав от усилия, оторвала от себя и заставила выпрямиться.
— Ум-м-м. Это общеизвестно. — Он говорил сонным голосом. — Печатали во всех газетах. Легавые не оставляли нас в покое... три недели... — Глядя ему в глаза, Дайна видела лишь его белки под полуопущенными веками. — Пока Найджелу не пришла в голову идея устроить бесплатный концерт в память Иона. «Давайте устроим его в Вон-дель-парке в Амстердаме, — предложил он. — Тогда ажиотаж спадет, и мы выберемся отсюда». — Его веки задрожали, и Дайна ударила его в третий раз достаточно сильно, так что его щека побелела, а затем покраснела от притока крови. — Только... только это была идея не Найджела... Нет, на самом деле. Она принадлежала Тай. Однако, впрочем, все клевые орга... организационные идеи были ее. Если смотреть в корень. — Он усмехнулся. — Однако в этот раз она использовала Найджела так же, как до этого использовала Иона. Прямо как дельфийский оракул. Знала отлично, что мы не станем прислушиваться к ее мнению. Иное дело, если мы считали, что это идея Иона... — Он рассмеялся и покачал головой, не снимая ее с плеч Дайны. — Господи, она была права. Сука! Хотя у нее были верные идеи. Она принесла нам... много пользы. Очень много.
— И вы отыграли этот концерт в Амстердаме.
Он кивнул.
— Флаги с физиономией Иона: потом лозунги, распеваемые хором на улицах. Они все выкрикивали его имя вновь и вновь, без конца. — Он хмыкнул. — После этого все улеглось... в точности, как он, ха-ха, то есть она говорила. Ищейки отвалили и бросились по следу «Битлз» или кого-то еще в этом роде. Кто их знает!
— А Ион был мертв...
