Шарка не с первой и не со второй попытки сумела схватить Дэйна за руки и сесть в кровати. Когда утренний свет из окна ударил по глазам, голова отозвалась дикой болью; мир снова покатился куда-то… Пытаясь остановить его, Шарка увидела соседнюю кровать – и рука сама взметнулась к нагрудному карману, к кольцу. В падающем мире снова сгустились тени, глаза псов вспыхнули, как жемчужины, морды заострились, но тот – точнее, та, – кто лежал на соседней кровати, пока их не видел.
Кольцо оказалось на месте. У немного протрезвевшей Шарки отлегло от сердца. Сейчас она видела, что перед ней – никакой не подросток, а молодая женщина в мужском костюме для верховой езды, ладно пригнанном по фигуре. Надо признаться, таких фигур Шарка еще не видывала: талия, тонкая сама по себе без всякого корсета; грудь – небольшая, но заметно, что своя, а не подложенные в лиф тряпки; длинные ноги, узкие плечи… Чуть вьющиеся черные волосы гостьи, обрамлявшие чистое лицо, были коротко обрезаны.
«Кто это?» – Дэйн влез между Шаркой и незнакомкой.
– Я не знаю, – призналась Шарка. – Я ничего не помню.
«Она притащила тебя пару часов назад, – сказал Дэйн, – ты была пьяная. Я сказал уложить тебя сюда и больше никого не подпускал. Она улеглась на другую кровать и уснула».
Шарка думала так судорожно, что оставила без внимания множество оскорблений, которые Дэйн вставил в свой рассказ. Мысленно она сама себя еще хуже ругала. Но брат был прав: что же случилось ночью?
Веки девушки затрепетали: солнце поднялось выше и теперь светило ей в лицо. Она лениво поморгала, стряхивая сонливость, потянулась и наконец широко раскрыла большие ярко-голубые глаза.
В горле Шарки стало еще суше, щеки разгорелись, что-то кольнуло в груди и даже в паху: это было странно, это происходило редко, а при виде женщины вообще впервые. Но надо признать, таких прекрасных женщин ей еще видеть не доводилось.
– О, ты проснулась! – радостно воскликнула девушка и подалась к ним. Но Дэйн с той же недружелюбной гримасой спрыгнул с кровати и встал между чужачкой и сестрой.
– Уймись, – прошипела Шарка, отпихнула его и вскочила с постели сама. Но ноги немедленно предали ее, мир опять упал – и Шарка оказалась на коленях незнакомки.
Та рассмеялась и помогла ей заползти на свою кровать. Чертова комната вокруг снова пустилась в пляс. В руках у Шарки оказалась фляга с водой – наверное, ее дала гостья. От жажды сводило горло, но, когда Шарка поднесла флягу ко рту, Дэйн вцепился в ее руку.
– Твой брат – настоящий боец, – сообщила незнакомка. – Не разрешал к тебе подойти, не позволял дать тебе хотя бы напиться. Эй, малой, – она взяла у Шарки флягу и отхлебнула, – ты правда думаешь, что я хочу вас отравить?
Шарка приложилась к фляге и осушила ее несколькими огромными глотками.
– Спасибо, – простонала она, чувствуя, что тело снова в ее власти.
– Пф, было бы за что. – Девушка поджала под себя ноги, усаживаясь поудобнее, чтобы видеть Шаркино лицо. – Я Тлапка, кстати.
– А я Лишка, а это Томи. – О своих новых именах Шарка и Дэйн договорились еще в лесу. – Расскажи мне, что случилось-то? Я ничего не помню…
– Какие-то мудилы пытались напасть на тебя, – ответила Тлапка. – Я их отогнала, а потом притащила тебя сюда, сама бы ты не дошла. А я как раз искала, где бы остановиться.
Шарка похолодела.
– А кто это был? Ты не видела?
Память начала просыпаться. Она вспомнила, как ее подхватили и потащили, как она безуспешно пыталась освободиться своими силами… Хорошо хоть, догадалась не звать сразу демонов!
– Какие-то разбойники, наверное. В этих краях много всякого отребья шастает.
– Но не стражи?
Дэйн сзади сильно дернул Шарку за растрепанную косу. Уголок рта Тлапки приподнялся в легкой усмешке.
– Не-а, точно не они. Иначе я бы с ними не церемонилась.
Вздох облегчения отдался сильнейшей болью в голове, которая все еще гудела после вчерашней попойки. Шарка схватилась за виски и заскулила.
– Эй. – Тлапка поднялась с кровати. – Отдохни. А я попробую найти здешнего хозяина. Спрошу, не против ли он, если я тоже здесь остановлюсь.
Она тихонько вышла из комнаты и закрыла за собой дверь. Дэйн снова оказался перед Шаркой.
«Тебя могли схватить и убить! Это могли быть стражи! Не пей больше никогда и возьми себя в руки. Мы в опасности! Мы должны быть осторожнее всех на свете».
Все это, понятно, Дэйн разбавлял ругательствами. Ощущение собственной взрослости придавало ему задора, так что даже лихорадочная бледность почти сошла с лица.
– Я смотрю, ты отлично себя чувствуешь, – кисло отозвалась Шарка.
«И эта девушка, ты ей доверяешь? Мы ничего про нее не знаем!»
– Если бы не она, кто знает, что бы мы сейчас делали?
«Я больше не оставлю тебя одну».
– Ох, заткнись, умоляю тебя! – рассердилась Шарка и откинулась на спину. – Не одному тебе тяжко! Заткнись! – Она перевела дух. В голове стало немного тише, и Шарку больно уколола совесть. – Прости. Такое больше не повторится. Сегодня мы соберемся, а завтра уже отправимся в путь. Хорошо?
