Вот также бы система не скупилась на описание воли. Кстати, а что у нас с ней?
Ото всех остальных характеристик её разительно отличало количество вложенных очков — целых двенадцать единиц. В чём всё это измеряется, решительно непонятно, но тот факт, что воли так много, говорил о многом.
Точнее: наверное, о многом. Ведь опять же, без понимания мира, в котором я оказался, ничего конкретного про мой дар сказать невозможно. Что ж, придётся дождаться разговора с «Капитаном» на эту тему.
— Всем осторожно, — выдернул меня из размышлений голос парня в очках. «Кемпом» вроде называли его другие бойцы.
А затем мимо нашей группы проследовал человекообразный робот, толкающий гремящую тележку, доверху набитую миниатюрными шайбами. Глянув на них, я сразу же заметил явное сходство с теми же устройствами, что имелись у нас под затылками.
— Спокойно, не пугайте парня, — отшутился «Капитан», жестом показывая нам, чтобы мы сместились к стене. — Это Антошка, местный рабочий.
На лице робота не было ни глаз, ни носа, ни рта. Только три крупные буквы с номером: «АНТ-0408».
— Эти штуки в его тележке — мозговые мосты, — продолжал говорить лидер нашей группы. — Но мы их называем эмэмками (от аббревиатуры ММ — эМэМка). Эти устройства подключается к нервной системе и ко всем органам, позволяя контролировать абсолютно все процессы в организме. Эмэмка делает нас сильнее, быстрее, умнее и далее по списку. И, самое главное, она даёт шанс быть бессмертными.
— Да неужели? — хмыкнул я, глядя вслед медленно удаляющемуся Антошке.
— Ещё как ужели, — вместо «Капитана» ответил «Кемп». — Любого из нас можно напечатать заново при условии, что сохранится эмэмка, — затем он широко развёл руками и громко усмехнулся. — Только вы сильно не обольщайтесь. Нулёвок перепечатывать никто не станет, так как это мероприятие затратное. Гораздо дешевле новый улов срыбачить, чем собирать кучу ресов ради нулей, — а после он приблизился ко мне и уже серьёзным тоном добавил. — А ты, человек, и вовсе забудь про подобный способ возрождения. Тебя реснуть невозможно. Если вы, — он подмигнул Алине, — с этой красотулей умрёте, то для вас всё закончится. Вот такая компенсация за вашу человечность.
Вскоре коридор упёрся в двери грузового лифта с обозначением уровня, на котором мы находились: — 34. Однако глубоко нас забросило.
«Капитан» поднёс ключ-карту к сенсору на стене и тот окрасился зелёным.
— Ну а пока мы ждём платформу, — Пал Андреич стрельнул острым взглядом в мою сторону, — предлагаю закрыть вопрос со вторым человеком. Ну что, здоровяк, упростишь нам работу? Расскажешь, что у тебя за дар?
— Надеюсь, этот хоть без харизмы, — отшутился «Кемп».
— Да уж, смешно было бы, — рассмеялся плечистый'. — Мужик с харизмой — это нонсенс.
Так как всё уже было решено, без зазрения совести я сразу же ответил на вопрос:
— Воля.
Услышав мой ответ, «Капитан» нахмурился и с недоверием посмотрел мне в глаза. Затем переглянулся со своими боевыми товарищами. Казалось, что от напряжения в их взглядах даже воздух сгустился.
— Воля? Ты уверен? — переспросил меня Пал Андреич.
— Она самая, — подтвердил я. — Двенадцать единиц.
— Сколько? — «Капитан» схватился за голову, поднял взгляд к потолку и громко протянул. — Ох-ре-не-ть!!!
— Целая двенашка⁈ — тоже встрепенулся Андрюха.
— И впрямь волевик, — проговорил «Кемп», снявший очки. По его взгляду можно было сказать, что он будто сканировал меня глазами. — Человек с двенашкой к воле. Ничёсе! Никогда не думал, что встречу такого. И это притом, что он ещё нулёвка.
От их возгласов в испуге застыл на месте очередной Антошка, толкающий пустую тележку к лифту. И тут же из скрытых ниш под потолком вылетела парочка миниатюрных дронов.
— Внимание! — моргая красными маячками, угрожающе заголосили они. — Зафиксировано нарушение порядка! Просьба сохранять тишину.
— Понял-принял, — поднял Пал Андреич руки над своей головой.
— Больше не повторится, — то же самое сделали Андрюха и «Кемп».
Но дроны в свою нишу возвращаться не стали. Вместо этого они подлетели к роботу и сопроводили его до самых дверей лифта. И только потом скрылись.
