- А откуда вам известно, какой дорогой едем мы? Послушайте, когда я вижу людей, ныряющих в кусты на той тропе, которую только что миновал, я становлюсь подозрительным, а когда я становлюсь подозрительным, я к тому же делаюсь раздражительным, а когда я делаюсь раздражительным, я могу вначале начать стрелять и только потом задавать вопросы, поэтому во избежание неприятностей побудьте в городе несколько деньков.
- Мы поедем тогда и куда нам захочется! - Человек в меховой шапке постепенно наливался краской. - И мы не ныряли ни в какие кусты!
Жан приятно улыбался.
- А я говорю, что ты врешь!
Лицо человека, казалось, раздулось от гнева.
- Клянусь Богом! - заорал он. - Еще никто не обзывал меня вруном!
- Я только что обозвал, - холодно произнес Жан. Он решил покончить с ними сейчас же, на месте, выбранном им. - Более того, вы - пара мелких воришек. - Он рискованно блефовал. - Что касается тебя, - он обратился к человеку в меховой шапке, - ты украл светлую гнедую, на которой сейчас ездишь, у Каллахэна.
Человек в меховой шапке был трусом, но он видел, что Жан в правой руке держит чашку кофе, и Жан угадал момент, когда тот потянулся к оружию.
- Ты назвал меня вруном! - закричал тот. - И клянусь!...
Револьвер человека выпрыгнул из кобуры, когда Жан уже выстрелил. Он стрелял левой рукой из-под стола. Человек резко дернулся, когда в него вошла пуля, и бросил свой револьвер. Бандит упал и перекатился на бок с поджатыми к подбородку коленями.
Бен Тарк вскочил на ноги, направив револьвер на вора в бизоньей куртке.
Жан сделал знак третьему человеку.
- Сними руку с револьвера. Мне никогда не нравилось убивать за едой больше одного.
Невысокий человек попытался было что-то возразить, но Жан прервал его.
- Для вас, мистер, они - плохая компания. Из-за них вы попадете в беду.
- Наверное, правильно.
Раненый ругался тихим, монотонным голосом. Остальные двое осторожно подняли его и вывели из комнаты.
У бара человек в темном костюме повернулся к ним лицом.
- Сработано достаточно хладнокровно, - сказал он Жану. - Не уверен, понравилось мне это или нет.
- Не люблю, когда меня преследуеют, а потом стреляют в спину.
- Мы не знаем, собирались ли они стрелять вам в спину.
- Вам придется поверить мне на слово, и если вам надо подумать, думайте про себя. Я голоден.
У бара послышалось неразборчивое бормотание, иногда кто-нибудь искоса поглядывал в их напрвлении. Подошло еще несколько человек, но очевидно, мнения разделились. Жан знал, что в этом городе им сегодня ночевать не придется. Им нужно ехать, и как можно скорее.
Человек в темном костюме повернулся к ним.
- Вы двое останетесь в городе, пока мы не решим, что с вами делать, понятно?
Лабарж встал.
- Послушайте меня, мистер. Перед этим вы сказали, что это не ваша драка, поэтому не делайте так, чтобы она стала вашей. Те люди шли по нашим следам, чтобы ограбить, и если кто-нибудь из вас хочет оставить нас здесь, идите выстройтесь на улице, и через десять минут мы выедем с винтовками наперевес.
Он помолчал, в надежде, что сказанное уляжется.
- И вот еще что, мистер: если чувствуете, что счастье на вашей стороне, попытайтесь остановить нас.
Через десять минут верхом на лошадях, одолженных, им Чарли Брастоу служащим компании дилижансов - Жан Лабарж с Беном Турком выехали из города. Человек в темном костюме стоял на ступеньках салуна, жуя сигару, вокруг него столпились несколько человек, но никто не двинулся с места.
- Я их видел, когда они вошли, - сказал им Барстоу, - а я чувствую подонков за тысячу миль. Они посмотрели на ваших лошадей и спросили, куда вы едете.
Он взглянул на лошадей.
- Я дам вам по пятьдесят долларов за голову, а взамен можете оставить моих в лагере Джонсона на ручье Хангри Крик. Скажите ему, чтобы дал взамен двух серых.
Джонсон встретил их у кораля, когда они подъезжали. Он оказался высоким человеком с птичьим подбородком; он бегом выскочил из своей кое-как выстроенной бревнчатой хижины.
- Приготовьте нам, пожалуйста, серых. Барстоу сказал, что мы можем взять их. Мы едем в Портленд.
Яблочко на горле Джонсона запрыгало вверх-вниз по вороту его порванной рубашки.
- Незнакомец, это чистое сумасшествие! Чистейшее сумасшествие! Эти индейцы модоки только вчера убили на ручье траппера и сожгли пару ферм! Мистер, против них вам двом не выстоять!
Жан снял лассо со столба кораля и вытряхнул петлю. Один из серых шарахнулся, но Жан бросил лассо и легко поймал обоих. Кони были великолепными, и пока Жан ловил их, Бен расседлывал старых. Все еще протестуя, Джонсон смотрел, как они забрались в седла и уехали.
Оба смертельно устали. Их план выспаться в Айреке рухнул из-за непредвиденной стычки с бандитами. Веки Жана были тяжелыми, глаза постоянно закрывались, он ехал, как и Бен, в своего рода ступоре.
Через несколько часов они шагом вели коней по дну ручья Беар Крик, когда в нескольких ярдах впереди них в воду ударила пуля и рикошетом отлетела в кусты. Оглянувшись, они увидели, что из леса, стоявшего позади справа, вылетели пять индейцев и, развернувшись веером по лугу, понеслись в бешеном галопе, дико вереща.
