– Он пригласил меня, а я согласилась. И прежде, чем ты начнешь перечислять, почему мне не следует с ним ужинать, я скажу тебе, почему это необходимо. Он был очень любезен со мной, очень чутко отреагировал на мою беду. Он думает, что я одна в городе, что я в ужасном настроении. Он знает, что я безумно интересуюсь антиквариатом. Если бы я отказалась, то все испортила бы.
– Если он замешан в контрабанде, последнее, что тебе следует делать, – это оставаться с ним наедине в его доме.
– Если он замешан, – возразила Дора, – последнее, что ему придет в голову, это разделаться со мной в своем собственном доме. Особенно если я скажу ему, что позвонила родителям и рассказала об ужине с ним.
– Глупая идея.
– Ничего глупого. Я смогу поближе познакомиться с ним. Я ему нравлюсь. – Дора вынула из шкафа привезенные на всякий случай маленькое черное платье с блестящим коротким жакетом-болеро в красную и золотую полоски и, приложив их к себе, повернулась к зеркалу. – Он не хочет, чтобы одинокая расстроенная женщина скучала вечером в Лос-Анджелесе.
Джед, прищурившись, смотрел на ослепительные блестки.
– Он приставал к тебе?
Дора с подчеркнутой медлительностью расстегнула жакет и рассмеялась.
– Ты ревнуешь, Скиммерхорн? Как мило!
– Я не ревную. – Джед никогда в своей жизни не ревновал ни одну женщину. Никогда. И не собирался признаваться в этом сейчас. – Я задал простой вопрос и хотел бы услышать ответ.
Дора сняла жакет, оставшись в кремовой шелковой комбинации с кружевами.
– Ты сам ставишь себя в неловкое положение, заставляя повторить, что я люблю тебя. Но ведь мы этого не хотим, не так ли?
У него все сжалось внутри, и, тихо выругавшись, он выхватил из пачки еще одну сигарету.
– Может быть, мне просто надоело смотреть, как ты наряжаешься для другого мужчины.
– Но ведь именно за этим я сюда приехала, правда? Чтобы познакомиться с ним, завоевать его сочувствие и доверие, чтобы узнать как можно больше. – Склонив голову, Дора вгляделась в застывшее лицо Джеда. – Тебе будет легче, если я скажу, что не собираюсь спать с ним?
– Да, мне будет намного легче. – Он раздраженно выдохнул дым. – Мне не нравится, что ты едешь туда одна. Я слишком мало знаю о нем, и мне это не нравится.
– Ты будешь знать больше, когда я вернусь. – Дора отвернулась, чтобы повесить жакет, и вздрогнула, потому что не слышала, как Джед подошел к ней и положил ладони на ее плечи.
– Я не привык стоять в стороне и ждать. Дора тщательно расправила жакет на вешалке.
– Это я могу понять.
– Я никогда ни о ком так не волновался. Мне это не нравится.
– И это я могу понять. – Дора стянула юбку и аккуратно закрепила ее на другой вешалке. – Со мной все будет хорошо.
– Конечно. – Джед прижался щекой к ее макушке. – Дора… – Но что он мог сказать? Ничто из того, что бурлило в нем, не казалось правильным. – Я буду очень скучать по тебе вечером. Наверное, я привык к тебе.
Необыкновенно тронутая его словами, она улыбнулась и сжала его руку.
– Ты такой сентиментальный парень, Скиммерхорн. Сплошные нежные чувства и цветы.
– И тебе это нравится? Именно это ты ищешь? Дора погладила его щеку и улыбнулась, но улыбка не достигла ее глаз.
– У меня есть свои чувства, и я могу покупать себе цветы, когда захочу. – Она провела губами по его губам. – У меня также есть свободный час. Почему бы тебе не пригласить меня в постель?
Он был бы счастлив…
– Нам надо работать, Конрой. Надевай халат, и разберем основные правила твоего вечернего поведения. Надувшись, она отодвинулась от него.
– Я стою перед тобой, можно сказать, в одном кружевном поясе, а ты велишь мне надеть халат?
– Совершенно верно.
– Ты действительно привык ко мне.
Ровно в половине восьмого Дора вышла из отеля и села в белый «Мерседес». На сиденье лежала белая роза, из динамиков лилась соната Бетховена. Рядом с охлаждающейся в ведерке бутылкой шампанского стояла хрустальная вазочка с белугой.
Поглаживая щеку розовым бутоном, Дора посмотрела вверх, на окно, откуда должен был наблюдать за нею Джед, затем оглянулась назад и заметила мужчину в сером костюме, скользнувшего в темный седан. Следом за «Мерседесом» седан влился в поток транспорта.
Дора закрыла глаза, скинула туфли, опустила босые ноги на роскошный плюшевый ковер и отбросила все мысли о Джеде.
В следующие несколько часов никто не сможет помочь ей.
Вооруженная бокалом шампанского и тостом с черной икрой, Дора наслаждалась поездкой в горы. При других обстоятельствах она, возможно, заговорила бы с шофером, но сейчас, погрузившись в молчание, готовилась ко второму акту.
Познакомившись с офисом Финли, она была готова к роскоши его дома, но действительность превзошла все ее ожидания.
Подъездная аллея змеей вилась вверх. Здание, словно поддразнивая, то появлялось на мгновение, то вновь исчезало и наконец ослепительно засверкало в последних лучах заходящего солнца – отличная мизансцена.
Дора взяла розу с собой.
Не успела она сполна восхититься медным дверным молотком в форме дельфина, как горничная открыла дверь.
– Мисс Конрой. Мистер Финли просит вас подождать в гостиной.
