«Это моя гора, ты просто живешь на ней». Да, мой новый сосед — просто душка. Но возможно он мог, по крайней мере, хотя бы выдавить из себя улыбку? Что-угодно, кроме этой дерзкой ухмылки. Затем он прикасается ко мне, и в этих холодных голубых глазах вспыхивает страсть. Возможно сейчас и середина зимы, но скоро на этой горе будет нереально жарко. ТЕО Ненавижу сюрпризы. Единственное исключение — когда я узнал, что у меня есть дочь. Ей был один год, когда я увидел ее в первый раз, и это был самый счастливый день в моей жизни. В тот день я поклялся, что моя дочь для меня будет превыше всего. Мы поселились здесь, на склоне горы, чтобы я мог воспитать ее так, как надо, в одиночку. Поэтому, заглянув через забор, когда звук бульдозера не дает мне покоя, я обнаруживаю, что тут ведется строительство чертового SPA, — я в бешенстве. Оказывается, что некая дамочка по имени Наоми строит SPA-салон всего в нескольких сотнях метров от моего дома. Это моя гора, да как у нее хватило наглости. А потом я увидел ее. У нее полные губы, шикарные бедра, а от ее сногсшибательной походки у меня вообще отвисла челюсть. Я поклялся, что никогда не позволю женщине встать между мной и моей дочерью, но едва могу отвести взгляд от Наоми. Вот почему я ненавижу сюрпризы и неожиданности. НАОМИ Все будет просто идеально. У меня наконец-то есть участок земли для строительства моего SPA, и он находится в живописном месте — на склоне красивой горы, имеющей первозданный вид. А потом я знакомлюсь со своим соседом Тео Тэймсом. Он самый несносный мужчина, которого я когда-либо встречала. Он не может открыть рот, при этом не ухмыляясь и не оскорбляя меня, и кроме его сногсшибательной внешности, я не могу найти в нем ничего хорошего. Затем я вижу, как он относится к своей дочери. Словно она принцесса. Эта девочка является смыслом его жизни. Так может, под ледяной оболочкой бьется горячее сердце? И может быть, возможно, мне удастся добиться того, чтобы он и со мной поделился частичкой этого тепла.
Глава 1
— Сюрприз! — забегая в дом, восторженно кричит Эмили. — Папочка! Сюрприз!
Я поднимаю взгляд от камина. Пламя только что достаточно хорошо разгорелось, так что какое-то время я могу не ворошить угли.
— Что такое, милая? — спрашиваю я, поднявшись с корточек и все еще держа в руке металлическую кочергу. — Наконец-то пошел снег?
— Нет, папочка, — говорит она, смеясь. — У нас появились соседи. Интересно, есть ли у них дети.
Соседи? Нет.
Я переехал сюда семь лет назад по одной очень веской причине. Чтобы побыть в одиночестве. Ну, по крайней мере, наедине с моей дочерью.
Эмили подбегает и дергает меня за рукав:
— Пошли, посмотрим! Ну же!
— Возможно, ты ошибаешься, — говорю я больше себе, чем ей.
Эмили очень смышлёная как для второклассницы. Сомневаюсь, что она ошибается.
Мы выходим на улицу, на свежий, осенний воздух. Мой дом находится на вершине горы, и я до сих пор упрямо называю его «хижиной» даже при том, что площадью он примерно в двести тридцать квадратных метров и дороже, чем большинство домов. Если бы вокруг было не так много деревьев, то взглянув вниз по склону, можно было бы увидеть то, о чем говорила Эмили, но деревья полностью загораживали обзор.
— Должно быть это где-то внизу возле травяного сада, — говорю я.
Эмили кивает:
— Я тебе сейчас покажу.
— Ты же не должна была играть так далеко, — говорю я, впившись в нее взглядом.
— Я услышала бульдозеры, поэтому отошла подальше, чтобы посмотреть. Хоть одним глазочком взглянуть, папочка.
— Ладно, показывай, — говорю я.
Мы идем рука в руке вниз по направлению к травяному саду, и всю дорогу Эмили тянет меня и дергает за руку. По ее мнению, я явно иду недостаточно быстро.
Мы идем дальше вниз по тропинке, пока не достигаем небольшого плоского участка, где посажены разные душистые травы. Обойдя грядки, мы направляемся к старому гниющему забору. Я уже могу расслышать грохот машин.
Мы подходим ближе, и я вижу сквозь прорехи в заборе, что строительная техника работает на полную мощь. Одна из машин заливает бетон, а вокруг толпятся десятки мужчин в оранжевых жилетах.
— Пойдем спросим, что происходит, — говорю я Эмили.
— Но папа! — говорит она с нажимом. — Нам нельзя заходить за забор.
Я прикусываю губу и сдерживаю смех. Я проделал такую хорошую работу, устанавливая правила, на счет того, куда Эмили можно и нельзя ходить. «Никогда не заходить за забор» — было одним из самых важных правил.
Я серьезно смотрю на нее.
— Технически нам это не разрешено, — говорю я. — Наша собственность заканчивается за этим забором. Но мы просто пойдем посмотрим, а так как ты со мной, то все в порядке. В этот раз. Понимаешь?
Эмили смотрит на меня серьезными голубыми глазами. В этот момент она так сильно напоминает мне свою мать. Я изо всех сил стараюсь подавить образ ее матери, всплывший у меня перед глазами. Это самое больше, на что я способен в данный момент.
Я веду Эмили к забору и нахожу место, где не хватает трех или около того досок. Внизу есть небольшая деревянная перекладина, которую нам нужно перешагнуть. Сначала я сам переступаю через нее, а затем поворачиваюсь и, схватив Эмили под мышки, осторожно поднимаю и благополучно переношу через перекладину. Прежде чем опустить ее обратно на землю, я несу ее на руках еще пару метров — на всякий случай, если на земле вдруг окажутся деревянные обломки с торчащими гвоздями.
Я смотрю на все эти шумно-смердящие машины и вздыхаю. Они развернули эту чертову строительную площадку
Предполагаю, что владелец все же передумал и продал его. Я едва не рычу, глядя на все это. Почему из всех мест для строительства им надо было выбрать место
Мы с Эмили подходим к нескольким строителям, что стоят вокруг машины и чешут задницы. Один из них видит меня и обращает на нас внимание остальных.
Я вижу еще один жест в сторону парня, управляющего бетономешалкой, и мгновение спустя двигатель заглушен, и вся работа прекращается.
Парень кричит на нас, словно техника все еще продолжает работать.
— Какого черта? Вы не можете приводить сюда детей. Это строительная площадка!
— Вы вообще не должны здесь находится, — говорит другой мужчина, у него белая каска и планшет с бумагами. Прораб.
