Виктор Кашин – эксперт бюро судебно-медицинской экспертизы. Он так давно работает в этой должности, что иногда делает заключения, не проводя положенного вскрытия. До определенного времени это у него проходит безнаказанно. Но все меняется, когда на мусорке находят мертвого бомжа. Следователь, чтобы избежать «глухаря», предлагает убийство бездомного выдать за самоубийство. Кашин соглашается, не зная, что убитый ранее украл у него паспорт. Считая, что погибший бомж его однофамилец, Кашин подписывает документы. С этого момента его жизнь превращается в кошмар. Его квартиру опечатывают, его увольняют с работы в связи со смертью. Новый начальник РУВД не идёт ему на встречу. А помогает Кашину молодой коллега Костя Гришин. Вместе они выясняют, как паспорт попал к убитому бомжу, находят убийцу и раскрывают загадочное убийство, совершённое много лет назад.
Панорама города Санкт-Петербурга с высоты птичьего полёта. Посыпается город. По городским улицам начинают двигаться первые трамваи. Люди выходят на улицы и двигаются в сторону метро.
Ранним утром сонный Кашин идет по городской улице. Это крепкий мужчина пред пенсионного возраста. За кадром звучит его голос:
– Меня зовут Виктор Петрович Кашин. Я работаю судмедэкспертом. Каждый день обследую убитых и составляю заключения об их смерти.
Всё, что происходит в этой сцене – гиперболически преувеличено. Будто действие происходит во сне. Где-то замедленно, а где-то ускоренно. Кашин в прозекторской проводит вскрытие трупа. Ноги трупа дергаются в конвульсиях. Кашин зловеще улыбается…
Сонный Кашин приходит на автобусную остановку. Смотрит на дорогу: нет ли автобуса? Впереди – пустынная улица.
– Если вы думаете, что покойники меня волнуют, то вы ошибаетесь. За свою долгую жизнь я их видел столько… что и не посчитать.
Понимая, что есть некоторое время, Кашин садится на лавочку, спиной опирается на спинку и закрывает глаза.
– Работа мне порядком надоела, но радует, что до пенсии мне осталось
всего девяносто восемь дней. Девяносто восемь…
Опять перед нами возникают кадры, похожие на сон: Кашин стоит на набережной с удочкой в руках. Поплавок прыгает на поверхности воды. Кашин наматывает леску на бобину. Она идет с большим трудом. Кашин старается изо всех сил. Результат улова – маленькая рыбка.
– Через девяносто восемь дней я буду только отдыхать.
На остановке никого нет. Поэтому Кашин расслабляется и вытягивает вперед ноги.
– Давным-давно я был женат. Жена ушла, потому что не выносила запах формалина. С тех пор я живу один в двухкомнатной квартире, которая досталась мне от родителей.
Продолжение сна Кашина: Он подходит к жене. Она принюхивается и начинает чихать от аллергии. Ставит на стол чемодан, в который забрасывает вещи. Затем закрывает его, забирает со стола и быстро покидает квартиру. Кашин садится на стул в центре комнаты и обхватывает голову руками. Сначала кажется, что он плачет, но потом принимается плясать от радости.
Заслышав шум двигающегося транспорта, он открывает один глаз, чтобы взглянуть на номер маршрута. Увидев нужный номер, медленно поднимается, подходит к бордюру и останавливается, дожидаясь пока длинный автобус, вывернет к остановке.
– И всё бы было ничего в моей жизни, если бы не Костя Гришин… В принципе: он хороший малый. У нас в отделе он появился недавно. Сам того не желая, меня подставил…
Продолжение сна Кашина: За столом в кабинете сидит Кречетова. Перед ней стоят Кашин и Гришин, опустив головы. Кречетова машет перед ними кулаком. Гришин показывает пальцем на Кашина. Тот отрицательно вертит головой. Кречетова поднимается из-за стола и грозно указывает Кашину в угол. Кашин вздыхает и идет в угол. Стоит в углу и горько плачет.
Громко скрипя тормозами, автобус останавливается и шумно открывает двери перед самым носом Кашина. Доведя до автоматизма ежедневную утреннюю посадку в общественный транспорт, Кашин загружается в автобус, который сразу трогается с места.
– На совещании отметил, что я подготовил заключение о смерти убитого в драке хулигана без проведения вскрытия. Мне объявили выговор и лишили премии…
В автобусе едут двое парней, женщина, девушка и двое мужчин забулдыжного вида Колымагин и Опалев. Кашин прикладывает проездной к валидатору, проходит в середину салона, усаживается у окна и закрывает глаза.
– Но я на него не в обиде. Молодой он ещё, не опытный. Со временем научиться, как быстро выполнять работу и не подставлять товарищей…
Опалев висит на поручне, а Колымагин оглядывается по сторонам.
Двое парней, отвернувшись, разговаривают друг с другом.
Женщина, положив голову на сумку, стоящую у неё на коленях, спит.
Девушка, уткнувшись в электронную книгу, читает.
Колымагин присаживается на сиденье, расположенное за спиной у Кашина. Делая вид, что смотрит в окно, одной рукой лезет во внутренний карман пиджака. Продолжая сидеть с закрытыми глазами, Кашин не замечает этого. Колымагин вытаскивает кошелёк и документы. Засовывает добычу себе за пазуху и снова оглядывается.
Пассажиры автобуса продолжают заниматься своими делами, не заметив произошедшего. Автобус останавливается на остановке. Колымагин поднимается с места и, схватив за грязный пиджак Опалева, тащит его наружу. С выдохом закрываются двери. Автобус продолжает движение.
Кашин дремлет, прислонив голову к окну, в котором мимо проплывают дома, только что проснувшегося города.
Кречетова входит в кабинет. Кашин и Гришин поднимаются с мест.
– Доброе утро.
– Доброе утро, начальница, – здоровается Кашин.
– Не правильно отвечаете, Виктор Петрович, – качает головой она, – Сколько раз вас нужно учить? Вот Константин Гришин знает, как отвечать.
Кречетова и Кашин поворачиваются к Гришину. Тот улыбается.
– Нужно говорить: «Доброе утро, любимая начальница»?
Она машет рукой:
– Подхалим! Я не это имела в виду. Нужно говорить, самая красивая женщина на свете.
– Это вне сомнения, Ольга Львовна. Это даже не обсуждается.
