В настоящее время принято так: написать роман, следуя советам литературной мастерской - вроде той, которую мы посетили выше, и сразу искать издателя. То есть сомнений насчет "печатать или не печатать" не возникает вообще. В деловом мире такие сомнения выдают неудачника. Изделие готово, не хуже многих - значит, в печать.
То, что моя печатно-коммерческая судьба сложилась не лучшим образом, с одной стороны является минусом, потому что советчик из меня аховый, но с другой - вполне себе плюс, так как я довольно долго ходил (и хожу) "по мукам" (да какие там муки, смешно говорить, я не жалуюсь, это просто штампованный оборот речи) и в состоянии описать многие трудности.
Так что я часто буду ссылаться на личный опыт, который есть не образец для подражания, а иллюстрация.
Я вообще не думал печататься. То есть мне, конечно, хотелось этого, но я представить не мог, что попаду, скажем, в "Новый мир" (который сейчас мало кто читает, и молодежь не знает, чем был "Новый мир" для читателей эпохи развитого социализма). Об отдельной книге я тоже не помышлял. Я писал "в стол", множил рассказы и повести на пишущей машинке, давал почитать друзьям. Друзья отзывались неплохо, но на то они и друзья. Со временем круг читателей немного расширился, и я стал получать отзывы от незнакомых людей. Когда накопилась критическая масса, я поверил, что у меня что-то получилось - не шедевры, но более или менее удачные вещи. Всем этим моим критикам я благодарен в первую очередь. Без их одобрения у меня никогда не хватило бы смелости отнести написанное в издательство. Более того - я долго противился, когда мне советовали это сделать; твердил, что не собираюсь осаждать серьезных людей и надоедать им своими глупостями.
Вера в то, что вы написали нечто достойное, - важнейшее условие для публикации. Даже не вера, будем осторожны - допущение.
Накопите отзывы, и пусть они поступят от не заинтересованных людей, которые ничего вам не должны. Вашей личной уверенности и мнения близких друзей - мало.
Я начал с известных журналов, и мне везде отказали. Между тем, что-то напечатали в Эстонии, а что-то - в самом что ни на есть Париже, даже выпустили две тоненькие книжечки в милом мне, но очень маленьком издательстве, и перевели на французский язык средненький рассказ. Потом меня затащили в Интернет, то есть еще не меня даже, а мои вещи; я сопротивлялся, но Женя Горный, мой покровитель и один из отцов-основателей Рунета, забрал их силой и вывесил. Прошло время, и я угодил в бумажный, недавно скончавшийся журнал "Компьютерра" - очень, очень хороший, но я ничего о нем прежде не слышал и послал рассказ опять-таки по совету со стороны. Пожав плечами, не ожидая от этого поступка ничего доброго. Но все получилось, и с "Компьютеррой" еще не раз, даже с продолжениями из номера в номер, да по соседству с "Мегабитовой бомбой" Лема. Я был потрясен и выпустил книгу, малым тиражом. За свой счет. Победив в сетевом конкурсе рассказов, я ошибочно предположил, что мне пора в Союз Писателей, а потому нужны верительные грамоты в виде книги. Это был первый и последний раз, когда я издался за свой счет. Недавно я, правда, снова заказал макет одной книги, но уже без тиража, об этой системе я расскажу ниже.
В Союзе Писателей меня зарубили (не беда, прошло три года - и взяли).
Книжка моя, однако, понравилась всем, кому я ее раздал, и я отбросил всякую стыдливость. Не прекращая писать, я атаковал многие и многие издательства.
И здесь я отвлекусь от упоенного описания собственных мытарств.
Какие бывают издательства?
Они бывают Большие и Маленькие, а еще - Юные и Опытные. В Больших и Опытных издательствах бессмысленно говорить о высоком искусстве. Там не осталось романтики, там бизнес. А у вас товар. А они купцы. В этом пункте все рассуждения о стиле заканчиваются.
Все Большие и Опытные издательства находятся в Москве. Среди них выделяются два исполина - "Эксмо" и "АСТ". Если они вами заинтересуются, то это очень неплохо. Там издается все подряд, как ценное, в том числе классика и зарубежная проза высокого качества, так и не очень. Не обольщайтесь тем обстоятельством, что издательство печатает Достоевского и Джойса. Вы написали умную, как представляется вам и вашим знакомым, книгу, и потому думаете, что дело в шляпе. Издают же умные книги - вот же Джойс. И Достоевский. Но не тут-то было: этих двоих давно знают, их покупают, а кто купит вас? Ничто другое издательство не интересует, ему важна лишь ваша рыночная перспективность. Диктатура рынка страшнее советской цензуры. Тогда было нельзя. А сейчас можно, но не нужно.
Учтите, пожалуйста, что я описываю общую тенденцию. Всегда возможны исключения и даже чудеса, никто не отменял везения и удачи, однако рассчитывать на них - опрометчиво.