Уровень четвертый. С этого уровня отделение и последующие действия осуществляются в сцепке уже с одним инструктором. После стабилизации тела необходимо осуществить контроль высоты и направления, затем разворот вправо на 90 градусов, остановка и такой же разворот влево, затем движение вперед для подхода к инструктору. Движение вперед выполняется путем выпрямления ног и принятия положения рук ладонями вперед, с прижатием локтей к корпусу, в результате чего происходит перемещение по горизонту вперед. Затем на заданной высоте отмашка и раскрытие основного купола. Последующий просмотр видео показал, что отделение было как всегда: вместо прогиба назад прогиб вперед. Было досадно, ведь до последнего момента в голове держишь порядок отделения, но как только встаешь в створ двери, из головы, словно по мановению, все куда-то улетучивается. Тем не менее задание я выполнил, и мне был поставлен очередной зачет. Видео-просмотр прыжков других студентов показал, что в принципе все действуют примерно одинаково, допуская похожие ошибки.
Уровень пятый! Да, именно так, с восклицательным знаком! Именно этот уровень стал для меня камнем преткновения, именно на нем я имел 5 (пять!) перепрыжек, едва окончательно не потеряв веру в себя. На данном уровне отделение производится в сцепке с одним инструктором, после чего инструктор отпускает студента, который должен выполнить разворот вправо на 360 градусов, остановиться, потом такой же разворот в противоположную сторону и выполнить движение вперед для подхода к инструктору. Ну а затем все как обычно: контроль высоты, отмашка и раскрытие основного купола. Не знаю, что со мной случилось, но после отделения, приняв стабильное положение, выполнил разворот влево, затем вправо, но как только остановился, меня в положении на животе непроизвольно стало разворачивать влево, и чем больше я пытался стабилизировать положение тела, тем сильнее меня раскручивало. Меня раскрутило, как вентилятор, и Николай Яковлевич, схватив меня за «колбаски», остановил вращение, показав, чтобы я заканчивал упражнение и раскрывался. Конечно, мне был поставлен «незачет». При просмотре видео было видно, что я дергаюсь как «сосиска», и, несмотря на мои тщательные попытки, вращение не только не прекращалось, но даже усиливалось. Эдакий обратный эффект, я бы его назвал «бумеранга», тем более сам себе я напоминал именно этот снаряд. При последующем неоднократном видеопросмотре своих действий я так и не смог понять причину, по которой все это происходило. Визуально вроде бы положение тела было правильным, но ведь крутило. Николай Яковлевич то ли сам не понимал мою ошибку, то ли просто хотел, чтобы я сам во всем разобрался, но так мне ничего толком и не объяснил. Преисполненный желания устранить свою ошибку, я записался в очередной взлет, про себя думая, ну уж теперь-то я все сделаю как надо. К сожалению, все повторилось, хотя и в несколько улучшенном варианте. Меня по прежнему разворачивало, попытки как-то компенсировать кистями рук давали определенный результат, но не исправляли положение в целом. Уровень вновь не был засчитан. После этого я выехал в санаторий, не только с чувством не-выполненного долга, но и определенного разочарования, прежде всего в себе самом.
Вернувшись спустя полтора месяца в Питер, я ехал на аэродром, настраиваясь на выполнение «злополучного» уровня. Николай Яковлевич встретил меня радушно, хотя подозреваю, что, возможно, и надеялся, что я уже больше не приеду. Но мой принцип «врешь, не возьмешь» всегда заставляла меня доводить до конца незавершенное. Впрочем, я и сам себе удивлялся.
