— Ничуть, Герб. Поимкой и обезвреживанием бандитов займутся мои парни из убойного отдела. Тебе же нужно будет только дать интервью журналистам.
— Даже не знаю, что тебе ответить на это, Хэнк.
— Вообще-то, Герб, согласно инструкции, я обязан предупредить о намеченной акции нынешнего мэра из партии консерваторов. Тем более что они, так же как и ты, обещают покончить с преступностью. Но в суматохе приготовлений к намеченной операции я просто могу не успеть это сделать.
— Хорошо, Хэнк. Ты меня убедил. Старый комиссар Боб Гантер действительно плохо выполняет свои обязанности, раз даже такие важные сообщения теряются в дебрях ваших кабинетов. Считай себя уже на этой должности.
— Я рад, Герб, что ты разумно и с должным пониманием отнесся к моему предложению, — сказал капитан Хэнк вставая. — Мне уже пора. Не буду больше отнимать твое время.
— Удачи, комиссар, — ответил ему на прощание Кримсон. — Я очень рад, что охрана порядка моего города доверена таким людям, как ты.
После ухода капитана Кримсон довольно улыбнулся. Удача сама плывет ему в руки. А иметь в полиции своего комиссара, пусть даже честного, совсем неплохо. К тому же теперь он не сомневался, что получил голоса всех полицейских и практически бесплатно.
Убедившись, что машина комиссара отъехала от ворот, Кримсон подошел к цветочному горшку и вылил туда кофе из своей чашки. Он терпеть не мог этот напиток.
Искусственный спутник Блос издали казался маленьким шариком на фоне огромного диска планеты Плобой, затянутого дымкой зеленоватых облаков. Отсюда, из космоса, были хорошо видны очертания континентов на планете, кажущиеся чуть размытыми в плотных слоях атмосферы.
Скайт Уорнер, сидя в кресле первого пилота в рубке управления звездолетом «Атлант», не отрываясь смотрел в лобовое стекло экрана переднего обзора, наблюдая, как маленький шарик спутника неуклонно приближается к их кораблю, постепенно увеличиваясь в своих размерах. Вначале Блос ничем не отличался от ярких бусинок звезд, в беспорядке рассыпанных по бескрайней черноте космоса. Теперь он был похож на отливающий серебром футбольный мяч, сверкающий круглой жемчужиной в лучах солнца на фоне холодного безжизненного пространства.
Искусственный спутник Блос был построен вскоре после победы объединенного космического флота над синтетойдами, пытавшимися в свое время захватить Плобой. В то время сама планета официально превратилась в столицу Межпланетного Объединенного Галактического Союза (МОГС). И, чтобы частично разгрузить Плобой от огромного наплыва звездных кораблей, тогдашним правительством было принято решение построить и вывести на околопланетную орбиту спутник Блос.
Спутник Блос представлял собой две гигантские сферы, находящиеся одна в другой. Наружная, сделанная из сварных бронированных панелей сверхпрочной стали, представляла скорее защитный щит, предохраняющий внутреннюю герметическую сферу от астероидов и метеоритов. На внешней поверхности по всему периметру были устроены тоннели, ведущие к посадочным секторам. Здесь же были установлены антенны, солнечные батареи и автономные радиолокационные станции.
Не так давно был принят специальный федеральный закон, согласно которому все грузовые многотоннажные звездолеты, прибывающие на планету Плобой с торгово-коммерческими целями и не являющиеся собственностью плобитаунских транспортных компаний, имеющих дорогостоящую лицензию на этот вид деятельности, должны были перед посадкой обязательно пройти проверку на спутнике. Это было необходимой мерой для борьбы с контрабандистами, хотя и не столь эффективной, как прогнозировали социологи, из-за того, что большая часть контрабанды как раз провозилась на звездолетах, принадлежащих плобитаунским транспортным компаниям, освобожденным от предварительного досмотра на спутнике.
Скайт Уорнер сверился с цифрами четырехмерного координатного поля на светящемся дисплее локатора и убавил скорость «Атланта» до минимума. Здесь, в районе спутника, в космическом пространстве царило большое оживление. Весь экран был покрыт яркими светящимися точками, обозначающими звездолеты самых разнообразных типов и классов, спешащие приземлиться на спутник или, наоборот, улетающие с него.
Скайт Уорнер подумал, что пройдет совсем немного времени, и они с Делом Бакстером окажутся дома, на родном Плобое. Сколько раз, возвращаясь из далеких путешествий, Скайта охватывало это чувство — чувство радости встречи и чувство тревоги: как встретит их Плобой? Словно сама планета стала для них живым существом, способная радоваться и сердиться на своих заблудших сыновей.
