Тяжело дыша и проклиная большой живот, Изгримнур перелез с лестницы на более надежный причал и постучал в видавшую виды дверь. Ему пришлось довольно долго ждать под ледяным дождем – и довольно скоро его начал охватывать гнев. Когда дверь все же распахнулась, Изгримнур увидел хмурую женщину среднего возраста.
– Я не знаю, куда подевался полудурок, – сказала она Изгримнуру, словно тот у нее спрашивал. – Мало того что я должна делать всю работу, теперь мне еще нужно и дверь открывать.
На мгновение герцог так удивился, что едва не начал извиняться, однако быстро справился с приступом благородства.
– Мне нужна комната, – заявил он.
– Ну, тогда заходите, – с сомнением сказала женщина, распахивая дверь.
Изгримнур увидел самодельный лодочный навес, от которого несло смолой и несвежей рыбой. Рядом лежала пара старых лодок, похожих на жертвы сражения. В углу из-под груды одеял торчала загорелая рука. Сначала Изгримнуру показалось, что это труп, небрежно брошенный у входа; затем рука пошевелилась, поправила одеяла, и герцог понял, что там кто-то спит. У него возникло предчувствие, что ему не удастся найти здесь приличной комнаты, но он заставил себя отбросить неприятную мысль.
«Ты становишься слишком привередливым, старик, – отругал он себя. – На полях сражений ты спал в грязи и крови, а вокруг вились больно жалившие мухи!»
Ему пришлось напомнить себе, что у него важная миссия и он должен ее выполнить.
– Кстати, – сказал он вслед хозяйке, которая шла так быстро, что почти успела пересечь двор. – Я кое-кого ищу. – Внезапно он вдруг забыл имя, которое ему назвал Диниван, остановился, провел пальцами по влажной бороде и вспомнил: – Тиамак. Я ищу Тиамака.
Когда женщина обернулась, на ее лице появилось выражение радостной жадности.
–
Несмотря на то что их разделяло расстояние в дюжину локтей, Изгримнур сделал шаг назад. Куча одеял зашевелилась, как гнездо с поросятами, и тут же отлетело в сторону. Маленький и очень худой вранн сел, но его глаза все еще оставались наполовину закрытыми.
– Я Тиамак, – сказал он, борясь с зевотой.
Он оглядел Изгримнура, и на его лице появилось разочарование, словно он ожидал увидеть кого-то другого. Герцог почувствовал, как его снова охватывает раздражение. Неужели все люди сошли с ума? За кого они его принимают или на что рассчитывают?
– Я принес вам новости, – сдержанно сказал Изгримнур, не зная, с чего начать. – Нам нужно поговорить наедине.
– Я провожу вас в вашу комнату, – поспешно сказала женщина, – она лучшая в доме, и маленький загорелый джентльмен – еще один почетный гость – может к вам присоединиться.
Изгримнур повернулся к Тиамаку, который, казалось, неуклюже одевался под одеялами; в этот момент внутренняя дверь дома распахнулась и толпа детишек вырвалась наружу с такими громкими криками, словно это были воюющие тритинги. Их преследовал высокий седой старик, улыбавшийся от уха до уха и делавший вид, что сейчас он схватит кого-то из них. Они убегали с восторженным визгом и вломились в дверь, выходившую наружу, на пристань. Однако хозяйка шагнула вперед и встала перед стариком, уперев кулаки в бока и не давая ему продолжить игру.
– Проклятье, ты настоящий осел, Сеаллио, ты обязан открывать гостям дверь! – Старик, хотя он был заметно выше, сжался, словно ожидал удара. – Я знаю, что у тебя маловато мозгов, но ты же не глухой! Неужели ты не слышал, что в дверь стучат?
Старик тихо застонал, и хозяйка отвернулась с гримасой отвращения.
– Он глуп, как камень, – начала она и тут же смолкла, увидев, что Изгримнур опускается на колени.
Герцог почувствовал, что мир вокруг него закачался, словно его подняли в воздух гигантские руки. Прошло несколько мгновений, прежде чем к нему вернулся дар речи, и все это время хозяйка, маленький вранн и старый привратник смотрели на него с разной степенью недоумения.
–
Он протянул старику руку, и тот взял ее, как ребенок берет что-то блестящее или разноцветное у незнакомца. Рука старика была мозолистой, но в ней все еще чувствовалась огромная сила, хотя пальцы оставались вялыми в ладони Изгримнура. Красивое лицо выражало лишь улыбающееся непонимание.
– Что вы такое говорите? – сердито спросила хозяйка. – Это старый Сеаллио, привратник. Давно живет здесь. Он дурачок.
–
Несмотря на невероятную красоту Джао э-тинукай’и, или из-за нее, Саймону стало скучно. Кроме того, он чувствовал себя невыразимо одиноким.
