На душе у нее не будет мира, она не сможет понять предназначение, уготованное ей богами, до тех пор, пока он рядом. Его присутствие превращает ее в ребенка, ноющее жалкое существо, неспособное вывести свой народ из тяжелой ситуации.
Наконец Йис-фидри к ним повернулся.
– Мы с женой должны поговорить с нашим народом, прежде чем ответить на вашу просьбу согласием. Для нас это новое решение, и его нельзя принимать поспешно.
– Конечно, – ответил Эолейр. Его взгляд оставался спокойным, но Мегвин чувствовала, что он старательно скрывает волнение. – Конечно, вы поступите, как будет лучше для вашего народа. А сейчас мы уйдем и вернемся через день, или два, или как вы решите. Однако скажите им, что это может спасти народ Эрна, которому дварры однажды уже помогали. Эрнистир всегда был о вас высокого мнения.
Тут у Мегвин появилась новая мысль.
– А возле Хейхолта есть туннели? – спросила она.
Йис-фидри кивнул.
– Да, Асу’а, как мы его называем, был выстроен глубоко под землей и тянулся высоко вверх. Теперь под замком лежат кости смертных королей, но землю там пронизывает множество прорытых нами туннелей.
– И здесь также есть их карты? – уточнила Мегвин.
– Конечно, – с гордостью ответил дварр.
Удовлетворенно кивнув, Мегвин повернулась к графу Над-Муллаха.
– Вот, – сказала она, – главный ответ, который я искала. Перед нами открывается новый путь, и мы станем предателями, если наш народ не последует по нему. – Она погрузилась в мрачное молчание.
Эолейр поддался на приманку.
– Что вы имеете в виду, принцесса?
– Вы
На самом деле Мегвин не помнила всех подробностей рассказа дварра – ее гораздо больше занимали собственные мрачные мысли, – но она поняла, что он как-то связан с Джошуа и мечом его отца.
Эолейр удивился.
– Отправиться к Джошуа? Что вы сказали, миледи? Мы понятия не имеем, где он, и нам даже неизвестно, жив ли. Вы предлагаете мне бросить наш народ в тот момент, когда он во мне нуждается, чтобы отправиться исполнять безнадежную и глупую миссию?
– Вы сами говорили, что до вас доходили слухи, будто он жив, – холодно ответила Мегвин. – Совсем недавно вы меня убеждали, что он мог спастись. И разве мы уверены в том, что он мертв?
По выражению его лица она не могла понять, что он думает, сделала вдох и продолжала убеждать графа.
– В любом случае, граф Эолейр, вы не желаете видеть важность того, что эти люди нам рассказали. Карты туннелей важны, да, несомненно, – но мы можем отправить Джошуа карты крепости Элиаса, а знание тайных ходов приведет к концу Верховного короля. – Мегвин слышала свои слова, и ей вдруг показалось, что это
Эолейр покачал головой.
– Слишком много вопросов, миледи, слишком много вопросов. Несомненно, в том, что вы говорите, есть разумное начало, и над вашими словами следует подумать. К тому же у нас уйдет несколько дней на копирование всех карт. Несомненно, будет лучше, если мы все тщательно взвесим, а также поговорим с Краобаном и другими рыцарями.
Мегвин хотела довести дело до конца, пока Эолейр колебался. Она боялась, что граф придумает другое решение, и она вновь не будет знать, как поступить дальше. Рядом с ним ее сердце становилось тяжелым, как камень. Ей было необходимо, чтобы он ушел, – и это стало ее страстным желанием. Она хотела избавиться от боли и смущения. И как только ему удавалось затуманивать ее разум?
Она холодно на него посмотрела.
– Мне не нравятся ваши возражения, граф. На самом деле, вы не делаете ничего особо полезного, раз у вас есть время таскаться за мной по подземным норам. Так что будет разумно, если вы возьмете на себя миссию, которая может помочь нам выбраться из тяжелого положения. – Мегвин насмешливо улыбнулась.
Она ужасно гордилась собой, ведь ей удалось скрыть свои чувства, но собственная жесткость наполнила ее ужасом.
«Во что я превращаюсь? – подумала она, внимательно наблюдая за реакцией Эолейра. – Быть может, таково искусство управления государством? – На мгновение ее охватила паника. – Или я веду себя как дура? Нет, ему лучше уйти – но, если именно так короли и королевы добиваются исполнения своих желаний, клянусь стадами Багбы, это ужасно!»
Однако вслух она лишь добавила:
