Сборник состоит из небольших поэм и одной очень большой поэмы, написанных с 1980 по 2021 год. Поэма – всегда поэтический выплеск мыслей автора на волнующую его тему, а темы бывают самые разные…
Мой ковид
Болезнь подкралась как змея
тяжелой нечестью,
когда совсем не встала я,
жизнь стала вечностью.
И кислород в носу моем
шумел не медленно,
в реанимации не ной,
жизнь стала бледною.
КТ – четыре у меня,
от легких только шум,
и всю исследуют меня,
у медицины – ум.
Я вся подключена была
к приборам, трубочкам.
Порой в воде своей плыла
гусем иль курочкой.
Лежать все время на боку,
дышать сквозь усики,
я в Боксе ела на духу,
подгузник – трусики.
Какой-то дикий маскарад,
и новогодний плен,
но доктор вдруг сказал, что рад,
я победила тлен.
И на девятый только день
лежу в палате я.
И кислород в носу как тень,
но слабость знатная.
Еще почти я не хожу,
дыхалка звонкая,
но я в палате, я лежу.
А иглы тонкие.
Короче, что тут говорить,
недели три прошло,
когда я вышла из ворот,
И я пошла, пошла…
Прививки были у меня,
и даже целых две,
но заболела, не кляня,
и так шла по судьбе.
Не так все радужно пошло,
на МРТ мой путь,
ковид в мозги мои вошел,
и это просто жуть.
Мозги и сердце берегу,
и пью таблетки я,
я от себя не убегу,
хожу как в клетке я.
22 янтаря 2022
Сто метров
Сто метров. Тормоз. Ехать.
Сто метров. Тормоз. Путь.
Москва стоит рядами авто пробок.
Водители несутся по кольцу,
машины едут и стоят бок об бок,
и на венчанье не успеть к венцу.
Стоит Москва, столица автостопа!
Стоит Москва под снегом и потопом!
"А я не поеду, не поеду в Москву!
А я не хочу, не хочу стоять в пробках.
Я лучше у леса примну всю траву.
Я лучше пешком пройду тихо и робко.
Стоит Москва, столица автостопа!
Стоит Москва под снегом и потопом!
А я не хочу тормозить по сто метров.
А я не хочу ехать тихо и метко,
Всегда у кого-то стоять за спиной.
О, Господи, Боже! Да, что ж ты, не стой!
Ну, дай мне проехать, дай выйти на волю,
Давно я не ела, терплю я до боли.
Москва стоит, стоит моя столица,
уж лучше бы ты ехала на спицах.
Велосипеды меньше места занимают.
Велосипедисты меж собой не лают".
– Так пела сидя девушка в авто.
А тут один, устал стоять по пробкам,
из пистолета стрельнул и не робко.
Стрелял он в тех, кто ехать так мешал,
и с кровью свою нервность он смешал.
"А я пойду пешком без автостопа,
Нырну в метро, где нет машин потопа",
– Мечтала девчонка, сидя в пробке.
Для столицы нужны новые машины,
Надо в них удобства все вместить.
Люди – роботы столичные мужчины,
"Тормоз – ехать" – две команды в них внедрить.
Очень трудно быть в столице на колесах,
не уснуть бы за рулем в забвенье грезах.
Дружные потоки столицу покрывают,
целые потоки мучаются зря,
нервы и здоровье за рулем срывают,
и за руль садятся, чуть взойдет заря.
Стоит Москва, столица автостопа!
Стоит Москва под снегом и потопом!
Вот она – столица, странная девица,
косы распустила, словно шлейф дорог,
и сидит девица за рулем, как львица,
и давно сомкнула от молчанья рот.
Нет, не успевает, венчанною не быть,
на алтарь упала солнечная пыль.
Сто метров. Тормоз. Ехать.
Сто метров. Тормоз. Путь.
9 ноября 2007
Сын генерала
Где-то в жарком регионе
среди ветра и песка,
среди танков полигона,
он родился для броска
в новый век иных идей
среди пары лебедей.
Ездил с папою и мамой
по прекраснейшей стране.
Гарнизоны были домом,
рос на танковой броне.
И однажды он подрос,
в голове возник вопрос:
'Кем же быть на этом свете?
Быть как папа генералом?
Быть ли летчиком как ветер?
Или схем всех адмиралом?'
И однажды он решил,
что достигнет он вершин.
Он поехал в город – лес,
где МИЭТ краснел боками
среди лиственных чудес.
Он был принят в мир Богами.
Он учился, он учил,
и диплом он получил,
где почти не пахло пудрой,
изучал науки мудро.
И однажды он на танцах
Встретил девушку одну,
и она женою стала.
Полюбил ее. Да ну?
Да, любил. Родились дети.
Он чертил из схем все сети,
что на платах, словно карты,
для диодов, микросхем.
И с женою вместе парой
создал фирму из дилемм.
Год от года жизнь все круче,
он идет всегда на кручи
новых фирменных проблем.
В мировой системе Блиц
создавая свой раздел,
охраняемых им лиц.
Фирму создал, свой удел,
в ней всегда так много дел!
Где-то в лучшем регионе
среди леса и домов,
на зеленом стадионе
плат, как вестников веков.
Дифирамб ему писала,
но пошло все вкривь и вкось.
Умер он и кончен сказ,
жизни был он не указ…
7 ноября 2007
Ода компьютеру
Программа копирует файлы,
конструктор остался без дел,
не посланы в пропасть все мейлы,
и грифель вновь пишет, как мел.
Давно ли жизнь вся – мой компьютер?
А надо же, как прикипел!
И мысли тихонечко вьются,
компьютер еще не запел.
Меняются платы сегодня,
идут изменения всегда,
начало собачьего года
тихонько меняет года.
Зачем мне уныние лихое?
Напишем стихи на века,
мне выпало счастье простое
жить с рифмой, а жизнь с ней легка.
Вот ты заглянул на секунду:
'На месте ли я или где?'
На месте сегодня я буду,
пишу я рукой на листе.
В руках покручу микросхему,
на выводы ей посмотрю,
и как же ввести ее в схему?
Как жизнь схему я рассмотрю.
Потом все поставлю как надо,
читается схема моя.
Меняются платы для склада,
заказчиков тихо маня.
Завял мой компьютер, синеет
его голубой лишь экран,
и строчка стоит, файлы реют.
Мой нужный компьютер, мой пан.
Смеются ребята, что в ссылке
сижу за чужим я столом,
