– Мне нужен кто-то привлекательный и искренне заинтересованный для церемонии торжественного открытия моего заведения. Сара предложила попробовать пригласить вас. Вы сможете оказать нам такую услугу?
– С удовольствием, но мне необходимо сначала проверить, не должна ли я в тот день находиться в каком-то другом месте. Могу я сама позвонить вам позже?
– Конечно. – Джулиан достал из кармана визитную карточку. – Здесь все необходимые детали.
– Отлично, – сказала она, взяв визитку.
Джулиан торопливо выпил свое виски.
– Не стану обременять вас больше своим присутствием, – сказал он, почувствовав легкий укол зависти. – Вы устроились так удобно. Рад был знакомству, Том.
У дверей он задержался, заметив открытку, небрежно сунутую углом под висевший на стене термостат.
– Кто-то из вас побывал в Ливорно? – спросил он.
– Нет. Это одна моя давняя подруга. – Саманта поднялась. – Мне следует как-нибудь познакомить вас с ней. У нее ученая степень по истории искусств. Взгляните, – она сняла открытку со стены, перевернула и подала Джулиану. Он прочитал текст.
– Как увлекательно, – заметил он, возвращая открытку. – Да, мне определенно хотелось бы встретиться с этой леди. Нет-нет… Не трудитесь провожать меня. До свидания.
Когда он удалился, Том спросил:
– С чего бы тебе помогать ему открывать какую-то заштатную картинную лавочку?
– Я дружу с его женой. Достопочтенной Сарой Лакстер.
– Которая, стало быть, приходится дочерью…
– Лорду Кардуэллу.
– Распродающему свою коллекцию живописи?
Саманта кивнула.
– Порой кажется, что у членов этой семьи в венах течет масляная краска.
Но Том даже не улыбнулся.
– В таком случае, быть может, намечается одно интересное дельце.
Вечеринка достигла той почти лишенной жизни стадии, какой достигает любое подобное сборище с наступлением глубокой ночи, чтобы позже обрести второе дыхание. Любители перебрать спиртного осоловели и стали неприятны в общении. Люди более сдержанные начинали ощущать первые признаки будущего похмелья. Гости разбились на группы и вели беседы, варьировавшиеся от сугубо интеллектуальных до комически бессвязных.
Хозяином был режиссер, недавно вернувшийся в большое кино из ссылки на съемку телевизионных рекламных роликов. Его жена – высокая, худая дама, чье удлиненное платье выставляло напоказ большую часть ее скромного бюста, – приветствовала Саманту и Тома, после чего провела их к бару. Бармен-филиппинец, у которого уже начали слегка стекленеть глаза, налил виски для Саманты и опорожнил две бутылочки пива во вмещавший пинту стакан Тома. Саманта бросила на Тома пристальный взгляд: он не часто пил пиво, особенно по вечерам. Оставалось надеяться, что до конца вечеринки он не напустит на себя агрессивно пролетарскую манеру поведения.
Хозяйка завела с ними пустой светский разговор. Но как раз в этот момент Джо Дэвис отделился от группы, стоявшей у дальней стены гостиной, и подошел к ним. Хозяйка с заметным облегчением тут же поспешила вернуться в общество мужа.
Джо сказал:
– Сэмми, тебе просто необходимо познакомиться с мистером Иши. Сегодня он – гвоздь программы, и мы только ради него собрались на этот тоскливый прием.
– Кто он такой?
– Японский банкир, известный своим стремлением вложить деньги в британскую индустрию кино. Он, должно быть, рехнулся, но это только распаляет всеобщее стремление понравиться ему. Пойдем со мной.
Он взял ее за руку, кивнул Тому и подвел к лысому мужчине в очках, который что-то вещал вполне трезвым голосом полудюжине крайне внимательных слушателей.
Том наблюдал за процедурой знакомства от бара, потом сдул пену со стакана и отпил половину содержимого сразу. Филиппинец рассеянным движением протер за ним стойку. С Тома он не сводил взгляда.
Тогда Том сказал:
– Валяй, выпей еще немного. Я никому не скажу.
Бармен просиял в ответ улыбкой, вынул из-под стойки уже далеко не полный стакан и сделал смачный глоток.
Донесся женский голос:
– Жаль, мне не хватает смелости носить джинсы. В них было бы намного удобнее.
Том повернулся и увидел невысокую девушку лет двадцати с небольшим. На ней отменно сидел очень дорогой наряд в стиле, имитирующем моду пятидесятых годов. Остроносые туфли на тонких, как два стилета, каблуках, сшитая клиньями юбка и двубортный жакет. Аккуратно зачесанные короткие волосы сзади чуть завивались вверх утиным хвостиком, а на лоб падала челка.
– К тому же джинсы дешевле, – сказал Том. – А у себя в Ислингтоне мы нечасто устраиваем приемы с коктейлями.
Она широко распахнула густо накрашенные глаза.
– Вы, значит, там живете? Я слышала, что мужчины из числа рабочих избивают своих жен.
– Боже милосердный, – пробормотал Том.
Девушка невозмутимо продолжала:
– Мне кажется, это просто ужасно… То есть я бы никогда не потерпела побоев от мужчины. Если только он не оказался бы очень-очень милым. Тогда мне, возможно, могло бы даже понравиться. Как вы думаете, вы бы получили удовольствие, избивая леди? Меня, например?
