– Просто все оказалось слишком легко провернуть, а это мы и поставили своей задачей доказать.
– Вот еще хорошая цитата: «Мастерским ходом фальсификатора стали сертификаты подлинности и истории происхождения картин, что для произведения искусства является эквивалентом родословной и при нормальных обстоятельствах считается гарантией его аутентичности. Сертификаты выписаны на официальных бланках фирмы «Менье» – парижского художественного агентства – и снабжены печатями компании. Как бланки, так и печать были, по всей видимости, украдены». Мне нравится это определение – «мастерский ход».
Питер свернул газету и бросил ее через всю комнату.
Митч потянулся за гитарой Энн и принялся наигрывать ритм незамысловатого блюза.
– Надеюсь, Арнас сейчас тоже веселится. Ведь это он оплатил весь розыгрыш, – сказал Питер.
– Мне кажется, он так и не смог поверить, что нам это удастся.
– У меня сложилось такое же впечатление, – рассмеялся Питер.
Митч внезапно так резко положил гитару на место, что инструмент издал гулкий деревянный звук.
– Мы еще не сделали самой важной части работы. Давай приступим к этой стадии.
Питер поспешно допил кофе и поднялся. Оба надели пиджаки, попрощались с Энн и вышли наружу.
В дальнем конце улицы на углу стоял телефон-автомат. Они втиснулись в кабинку вдвоем.
– Меня кое-что тревожит, – сказал Питер, снимая трубку.
– Участие Скотленд-Ярда в расследовании?
– Именно.
– Мне это тоже причиняет беспокойство, – сказал Митч. – Они могли уже все подготовить, чтобы отследить наш второй звонок в воскресную газету. Им по силам проверить здесь все до последнего киоска, оцепить целый район, допросить всех, пока не установят людей, связанных с живописью.
– Так что нам делать?
– Мы неожиданно позвоним в другую газету. К этому моменту об истории уже известно им всем.
– Хорошо. – Питер пролистал справочник до буквы Р, под которой перечислялись номера редакций.
– В какую звонить?
Митч зажмурился и наугад ткнул пальцем в страницу. Питер набрал номер и попросил соединить его с одним из репортеров.
Когда журналист ответил, он спросил:
– Вы владеете стенографией?
Несколько недоуменный голос произнес:
– Конечно.
– Тогда записывайте. Моя фамилия Реналь. Я тот самый мастер фальсификации и готов рассказать, зачем пошел на подделку картин. Моей целью было показать всем пустоту и лицемерие коммерческих заправил лондонского рынка произведений искусства с их первостепенным вниманием к так называемым шедеврам и работам уже умерших живописцев. Десять лучших торговцев Лондона не умеют отличить подлинник от подделки, которую им подсовывают. Ими двигают только алчность и снобизм, а вовсе не любовь к искусству. Из-за них деньги, которые вкладываются в произведения живописи, направляются не туда, куда необходимо, и не доходят до современных художников, действительно в них нуждающихся.
– Нельзя ли помедленнее? – взмолился репортер.
Питер проигнорировал его реплику.
– Теперь я хочу предложить владельцам галерей вернуть им деньги за вычетом накладных расходов, составивших одну тысячу фунтов. Но мое условие таково: одну десятую суммы – то есть примерно пятьдесят тысяч фунтов – они выделят на приобретение здания в центре Лондона, где молодые и пока никому не известные художники смогут арендовать мастерские по доступным ценам. Торговцы будут обязаны собраться вместе и создать общий фонд для покупки такого здания и поддержания его в должном порядке. Второе условие: начатое полицией расследование должно быть прекращено. Ответ на свое предложение я ожидаю увидеть в публикациях вашей газеты.
– Вы сами тоже молодой художник? – быстро спросил журналист.
Только Питер уже повесил трубку.
– Ты напрочь забыл о своем французском акценте, – упрекнул его Митч.
– О, черт! – воскликнул Питер в сердцах.
Они вышли из будки и направились обратно к дому.
– А, впрочем, какая теперь на хрен разница? – сказал Митч. – Они все равно уже поняли, что французы тут ни при чем. Это сужает область поисков до пределов только лишь Соединенного Королевства. Так что плевать. Зачем расстраиваться?
Но Питер прикусил губу.
– Становится ясно, что мы теряем бдительность, вот зачем. Нам лучше проявлять осторожность. Не надо делить шкуру непойманного медведя.
– Неубитого.
– К дьяволу поговорки!
Они застали Энн игравшей на солнышке в саду с Вибеке.
– День такой погожий. Давайте отправимся на прогулку, – предложила она.
Питер посмотрел на Митча.
– Почему бы и нет?
Но в этот момент низкий голос с американским акцентом донесся с тротуара перед домом:
– Как поживают преуспевающие фальсификаторы?
Питер побледнел и повернулся, но сразу расслабился, увидев рослую фигуру и белозубую улыбку Арнаса. Под мышкой тот держал увесистый плоский сверток.
– Ты напугал меня до смерти, – сказал Питер.
Все еще улыбаясь, Арнас открыл чуть подгнившую деревянную калитку и вошел в сад.
– Проходи сразу в дом, – пригласил его Питер.
Трое мужчин поднялись в мастерскую. Когда они сели, Арнас взмахнул принесенной с собой газетой.
