— Я ничего не решал, — возразил Оуэн. — Она сказала, что все хорошо, и нажала отбой, не дав мне как следует расспросить ее. Вот почему я решил поговорить с ней. Но по пути в комнату невесты я заметил, как Тару ведут на парковку.
— Какой‑то мужчина постучал в дверь комнаты, назвал меня по имени, сказал, что мне доставили пакет и за него надо расписаться.
— И вы пошли с ним?
— Решила, что свадебный подарок доставили не вовремя.
— А пакет действительно был?
— Нет. Как только я вышла, мне на голову набросили наволочку, пропитанную эфиром, и швырнули в фургон.
Последовало долгое молчание. Тони обдумывал то, что услышал. Наконец он откашлялся и велел:
— Продолжайте!
Она поняла, что адвокат ей не верит. И немудрено! Они с Оуэном почти сразу поняли, что их история похожа на выдумку.
— По‑моему, именно тогда на сцену вышел я, — произнес Оуэн, не дав ей заговорить. — Увидел, как двое мужчин заталкивают Тару в фургон, подбежал к ним, чтобы их остановить, но один из них ударил меня по голове, и я потерял сознание. Меня тоже впихнули в фургон. Я пришел в себя, когда мы уже ехали. Руки мне стянули изолентой… за спиной.
— Ясно, — судя по тону, Тони ничего не понимал. — И долго вы пробыли в фургоне?
— Точно не знаю. Возможно, час или больше. Правда, от того места, где мы очутились, ехать до церкви минут двадцать, так что, скорее всего, нас везли кружным путем — наверное, чтобы сбить со следа возможную погоню.
— Это вы так считаете.
— Я точно не знаю. Мы ничего не слышали; мы не знаем, что они собирались с нами сделать. — Голос Оуэна стал резким. — Слушайте, вижу, вы нам не верите. Может быть, вы не тот адвокат, который нам нужен.
— Вам придется убедить в своей правоте людей, которые будут настроены куда более скептически, чем я. Кроме того, я не сказал, что не верю вам.
Тара покосилась на Оуэна. Тот нахмурился.
— Как вам удалось освободиться?
— Я зубами стащил наволочку с головы Тары. — Оуэн еще больше помрачнел. — Эти идиоты могли ее убить!
— Когда я пришла в себя, не сразу поняла, где нахожусь, — подхватила Тара. — Я была еще одурманена эфиром. Но руки мне связали впереди.
— Тут они просчитались, — негромко заметил Оуэн.
— Вы догадываетесь, кто вас похитил и почему?
— Мы ни в чем не уверены, — ответила Тара. — И гадаем, связано ли наше похищение с убийством Роберта.
Тони снова покосился на нее:
— Вы стойко перенесли его смерть.
Тара посмотрела на свои руки, которые она крепко сцепила на коленях.
— Мне по‑прежнему не верится, что все произошло на самом деле. Я не видела его тела. Может, если бы увидела…
— В полиции зададутся вопросом, почему вы так сдержанны.
— Хотите, чтобы я изобразила истерику?
— Нет, конечно!
— Я не могу привыкнуть к мысли, что его больше нет!
— Вы что‑то говорили о том, что испугались.
— Я собиралась отменить свадьбу.
— Почему?
— Я поняла, что не люблю его настолько сильно, чтобы стать его женой.
— Он знал?
— Нет. Меня похитили раньше.
— Ясно. — Тони побарабанил пальцами по рулевому колесу. — Как по‑вашему, почему похитители затолкали Оуэна в фургон, а не убили и не бросили на парковке?
— Понятия не имею, — ответила Тара.
— Думаю, труп на парковке у церкви непременно привлек бы к себе внимание. Тревогу бы подняли раньше, чем планировали похитители, — предположил Оуэн.
— Труп в комнате жениха тоже привлек внимание.
— Он был спрятан за дверью, а не лежал у всех на виду, — возразил Оуэн.
— Не собирались ли они использовать тебя как рычаг давления на меня? — негромко спросила Тара.
— Для чего им понадобился рычаг давления? — с любопытством спросил Тони.
— Для того, из‑за чего меня похитили. Всем моим знакомым известно о нашей с Оуэном дружбе. Мы с ним почти неразлучны, учились в одной школе, в одном и том же колледже. Может быть, похитители решили, что могут использовать его для давления на меня.
— И вы в самом деле понятия не имеете, чего они от вас хотели?
— Это для меня загадка, — ответила Тара.
Тони замолчал, обдумывая полученную информацию.
Вскоре они въехали в Мерсервиль, центр округа Бэгли. Управление шерифа помещалось в восточном крыле городской ратуши; у полицейских имелся отдельный вход и своя парковка. Тони поставил «мерседес» в бокс на гостевом участке и заглушил мотор.
— Сейчас я позвоню главному следователю, который ведет дело. Попрошу его встретить нас в дверях. Туда лучше не приходить без предупреждения.
— Куинн сказал, что не стоит предупреждать их заранее!
— Вы непременно должны увидеться с главным следователем. Для этого нужно проявить вежливость и заранее выяснить, на месте ли он. Нельзя допустить, чтобы нас принял кто‑то из его подчиненных. — Тони набрал номер. Судя по репликам Тони, главный следователь оказался на месте и согласился выйти им навстречу.
Закончив разговор, Тони развернулся на сиденье боком, чтобы видеть их обоих.
— Не говорите лишнего. Ни слова больше того, о чем вас спрашивают. Ясно? Если вопрос вас смущает, дайте мне знак, мы остановим допрос и посоветуемся. Если я решу, что вопросы заводят вас на опасную территорию, я вмешаюсь. Согласны?
— Да, — ответил Оуэн.
