Рейчел и Фокс развернули своих коней и поскакали назад. Через секунду они были рядом с Джейсоном в зарослях.
– Быстрее убирайтесь отсюда, я отвлеку их, – гневно прошептал граф.
– Даже самый бесстрашный пират-янки не сможет остановить парой пистолетов троих мужчин, – прошипела в ответ Рейчел.
В этот момент из-за поворота показались три всадника, мчавшихся во весь опор. Фокс смотрел во все глаза на приближающихся мужчин.
– Джейс, мне кажется, они не заметили нас, – прошептал мальчик.
– Успокой лошадей, – скомандовал Джейсон. Может быть, удача наконец улыбнулась им.
Всадники промчались мимо и скрылись за следующим поворотом дороги.
– Я бы расценила этот маневр как очень умный ход с вашей стороны, милорд, если бы вы так глупо не разыгрывали из себя героя-одиночку, – заметила Рейчел с улыбкой.
– Джейс, ты ранен! – воскликнул Фокс, заметив дыру на лосинах Джейсона, из которой сочилась кровь.
– Дайте я посмотрю, – встревожилась Рейчел и подъехала ближе.
– Ничего серьезного. Егеря скоро поймут, что мы съехали с дороги, и повернут назад. Нужно быстро уезжать отсюда. – Джейсон вывел Араби из зарослей. – Куда мы теперь направляемся, миледи-следопыт? – спросил он, обернувшись к жене.
Рейчел сокрушенно покачала головой:
– В полдень мы должны быть в Чиппенеме… если вы к тому времени не истечете кровью.
– Я сделаю все, что в моих силах, чтобы не причинить вам неудобства, хотя… вы будете очень богатой вдовой, графиня, – растягивая слова на американский манер, проговорил граф.
– Я выходила за вас замуж совсем не ради денег, милорд, – ответила Рейчел, игриво улыбаясь.
Фокс заметил многозначительные взгляды, которыми обменивались Рейчел и Джейсон, и снова подумал о том, как неразумно порой ведут себя эти взрослые, особенно когда они влюблены.
Рейчел ошиблась в своих расчетах они прибыли в Чиппенем гораздо раньше. А когда сгустились сумерки, все трое уже скакали на восток, неуклонно приближаясь к Бристолю.
– Мы могли бы ехать дальше без отдыха и остановиться на ночь в какой-нибудь гостинице на берегу, – предложил Джейсон и вопросительно посмотрел на Рейчел.
– Думаю, будет лучше съехать с дороги и найти подходящее место для отдыха. Мы никуда не поедем, пока я не осмотрю вашу рану. И если она действительно несерьезная, мы сразу отправимся в Бристоль. Если же рана серьезная, мы переночуем и тронемся в путь на рассвете… если вы сможете ехать верхом.
– Я смогу ехать верхом, графиня, – проговорил Джейсон, вкладывая совсем иной смысл в свои слова. – Если вас это успокоит, я позволю вам обработать мою рану, пока Фокс будет заниматься подютовкой нашего ночлега.
Рейчел фыркнула:
– Как вы великодушны, милорд. Давайте лучше поищем какое-нибудь тихое место подальше от проезжих дорог. Эту местность я знаю хуже, чем восточную часть графства.
Через четверть часа Фокс уже разжигал небольшой костер, а Рейчел доставала из сумки медицинские принадлежности. Джейсон молча наблюдал, как она раскладывала полоски ткани, разные склянки с мазями и растирками из целебных трав.
– Бог мой, вы готовились к кровавой битве! – удивленно заметил он.
Поймав на себе его взгляд, Рейчел вдруг поняла, что они не покинут этого места, не занявшись любовью. Во рту у нее вдруг пересохло, и она судорожно сглотнула.
– Именно так. Уже с первого дня нашего знакомства я поняла, что с вами скучать не придется. Снимайте лосины, – скомандовала Рейчел с напускной строгостью. – Я должна промыть рану.
Фокс усердно обтирал щеткой уставших лошадей, стараясь не обращать никакого внимания на то, чем занимаются взрослые. Рейчел встала на колени рядом с Джейсоном. Он вытянул ногу – пуля оставила косой рваный след на его бедре.
– Рана неглубокая. Это уже хорошо, – заметила Рейчел.
– Я же говорил, это всего лишь царапина, – проговорил Джейсон.
Рейчел положила теплую мокрую ткань на его рану.
– Плохо то, что внутри много запекшейся крови. Думаю, лучше будет зашить рану, ведь нам опять придется скакать верхом, и очень скоро.
– Тогда зашивайте быстрее, графиня, ведь нам опять придется скакать верхом… и очень скоро, – повторил Джейсон.
По его виду было понятно, что он имеет в виду совсем не поездку в Бристоль. От волнения у Рейчел так дрожали руки, что она никак не могла вставить нитку в иголку.
– Мне бы следовало вышить свою монограмму на вашей толстой американской шкуре на память о том, сколько раз я штопала ее в самых разных местах, – сказала она, пытаясь придать голосу стальные нотки.
Джейсон обхватил ее за тонкие запястья:
– Вы и так оставили глубокий след в моей душе, Рейчел… Я буду хранить эти воспоминания до конца моих дней вот здесь. – Джейсон положил ладонь Рейчел себе на грудь в области сердца.
– Не паясничайте, сэр. Такие торжественные клятвы! И это со спущенными до лодыжек штанами? – проговорила Рейчел, чувствуя сквозь тонкую ткань рубашки, как сильно бьется сердце Джейсона, как пышет жаром его тело. Ее вдруг охватило страстное желание сорвать с него и с себя одежды, освободиться от всего, что разделяет их. Как будто прочитав эти мысли, Джейсон взял ее руку и прижал к своей груди.
