– Тогда почему?… – Сомертон замолчал, видимо, решив, что заданный им вопрос прозвучал неуместно.
– Мне нужно продать имущество и возвратиться в Америку. – Какого черта он посвящает совершенно незнакомого человека в обстоятельства своей жизни?
Сомертон подался вперед и улыбнулся:
– Я понимаю.
– В самом деле?
– Кто-то ждет вашего возвращения, и вы хотите доказать ей, насколько успешным вы стали здесь.
– Возможно.
Сомертон встал и взял в руки бутылку виски.
– Мне кажется, что для такого разговора не мешает немного подкрепиться.
Он ждал, пока Сомертон наполнит виски два довольно больших стакана. Уилл взял стакан из рук Сомертона и поднес к губам. Сомертон остановил его.
– Тост, – произнес Сомертон с улыбкой. – За возобновление дружбы.
Уилл поднял свой стакан и сделал большой глоток.
– Черт, отличное виски.
– Самое лучшее. – Сомертон сел. – Расскажите мне о том, что побуждает вас вернуться в Америку.
Не успев осознать, что он делает, Уилл рассказал все, начиная от Эбигейл и кончая его сестрой и Элизабет. Хотя некоторые детали, касающиеся Элизабет, он, разумеется, опустил.
– Значит, Элизабет решила остаться, чтобы представить ваших сестер в обществе? – спросил Сомертон.
– Совершенно верно.
Гость улыбнулся:
– Прекрасно. Могу я помочь вам с этим? – Он указал на кучу бумаг на столе.
– Мне нужна консультация опытного солиситора.
– К счастью, я знаком с одним из них, – сказал Сомертон и, помолчав, добавил: – Но вам этого мало.
– О? – Что же еще ему нужно? Солиситор поможет ему разобраться во всей этой путанице и, возможно, найдет ему покупателя на ту часть владений, которая не относится к майорату.
– Позвольте мне сказать вам, что вы не выглядите как герцог. И ведете себя не как герцог.
– Я не герцог. – Господи, этот человек теперь твердит то же, что и Элизабет. Надо остановить его. Не Элизабет ли попросила его прийти сюда?
– Но пока вы в Англии, вы герцог Кендал. От вас будут ждать, что вы поведете себя соответствующим образом.
– А если я не поведу себя соответствующим образом? – Лично его не интересовало, примет ли его общество или нет. Он пробудет здесь недолго, так что это не имеет значения.
– Вы сказали, что хотите продать часть ваших имений и земель.
– Да, – подтвердил Уилл.
– Тогда вы должны выглядеть и действовать соответственно. Вам потребуется заводить знакомства с людьми, пусть это будут поверхностные знакомства. Люди, с которыми вам придется встречаться, разумеется, будут крайне заинтересованы в покупке. Так что вам предстоит стать членом клуба «Уайтс».
По крайней мере, в этом вопросе Уилл не выглядел совершенно невежественным – он знал о том, что существуют клубы для джентльменов. Он, разумеется, не собирался сообщать Сомертону, что его отца не приняли в этот клуб, как недостойного.
– Поговорите с Элизабет. Она поможет нанять камердинера и обучит этикету.
Уилл напрягся. Это все проделки дерзкой девчонки – вот причина появления Сомертона. Она, должно быть, решила укрепить свои позиции, чтобы остаться в доме. Он залпом допил виски и решил, что пора заканчивать этот разговор.
– Лорд Сомертон!
Уилл повернулся на звуки голоса Элизабет. Если бы он не был уверен в обратном, он бы решил, что ее шокировало появление виконта.
– Леди Элизабет, рад видеть вас снова! – Сомертон поднялся и прошел через комнату, чтобы припасть к ее руке. – Не видел вас много месяцев.
Она натянуто улыбнулась:
– Кажется, со свадьбы Дженнетт.
Сомертон кивнул:
– Тогда с ноября.
Уилл покачал головой. Неужели они предполагали, что он поверит в разыгранную сцену?
– Почему вы здесь, милорд? – спросила Элизабет.
– Возобновляю старое знакомство, – ответил он.
– Вы знали его светлость?
– Совсем немного. Мы встречались в детстве.
– Как вы узнали, что он здесь?
Уилл наблюдал за ними, удивляясь тому, что Элизабет, похоже, допрашивала Сомертона.
– Леди Элизабет, – с самодовольной улыбкой заметил Сомертон, – о прибытии герцога знают все. Просто другие проявили большую деликатность, чем я, и решили дать ему несколько дней на обустройство. Мы оба знаем: еще пара дней – и визитам и приглашениям не будет конца.
– Да, это так.
– Вот и ступайте. Представляю себе, сколько у вас работы.
Кивнув Элизабет и бросив взгляд на Уилла, Сомертон удалился.
– Вы отдаете себе отчет, что за человека вы только что пустили в свой дом?
Элизабет кипела от злости, ожидая ответа. Этот человек абсолютно не понимал, кто из общества мог бы оказаться полезен ему, а кто мог испортить его, репутацию настолько, что исправить ее было бы уже невозможно. Сомертон определенно попадал в последнюю категорию.
– Насколько я понимаю, вы не одобряете Сомертона? – спросил Уильям, откинувшись в кресле.
– Это отвратительный человек.
– Почему? Мне так не показалось.
Элизабет скрестила руки на груди и вздохнула. Ей следовало бы помнить, что Уильям ничего не знает об обществе.
– Сомертон водится с преступниками. Говорят, будто он убил нескольких человек.
– Они заслуживал и того, чтобы быть убитыми?
– Что? – не поняв, спросила она.
