Они давали ей выбор, но она не могла и не хотела давать Габриэлю еще один шанс на обман. Для Романа и Коннора солгать было раз плюнуть. Дэкс, может, был не так сильно вовлечен во все происходящее здесь, но и он, наверное, тоже солгал раз или два. И Габриэль… Ей он был небезразличен. Каждый из них привык получать то, что хотел. Она была слишком открытой, чтобы играть с ним в эту игру. Она привыкла всегда говорить именно то, что думает. Не было никакого смысла играть в игры с Габриэлем и ожидать, что она победит.
— Я попытаюсь решить свои проблемы сама. — Она повернулась, чтобы уйти.
В какой-то момент Коннор пробрался позади нее и успел заблокировать дверь.
— Убирайся с дороги. — Ей надоело бояться. По комплекции Коннор был немного меньше, чем Габриэль. Если она смогла справиться с Габриэлем, то разобраться с Коннором ей не составит особого труда.
— Коннор, не трогай ее, — поднял руку Габриэль. Его лицо и голос были абсолютно спокойными.
Лицо Коннора было совершенно бесстрастным.
— Так ты хочешь, чтобы я отпустил ее?
Ей не нравилось то, как он смотрел на нее. Внутренний голос подсказывал ей, что не стоит уходить отсюда, но своими действиями она уже показала, на что способна, и обратного пути для нее уже не было.
— Прочь с дороги. Я не собираюсь больше здесь оставаться ни минуты. Если ты попытаешься удержать меня здесь, то тебе достанется также, как и Габриэлю.
На лице у него не было даже тени улыбки.
— Долго это еще будет продолжаться?
От страха ее кожа покрылась мурашками.
— Мой отец был копом. Он научил меня, как нужно защищаться.
Адреналин разлился по ее телу. Она должна оставаться уверенной. В конце концов, она регулярно проводила спарринги с охраной здания Кроуфорда. Охранники очень быстро уяснили, что, если не будут сражаться в полную силу, она может надрать им задницы. После того, как у нее получилось разобраться с двумя самыми крупными охранниками, то все остальные стали относиться к ней как к равной.
— Он не учил тебя, как нужно драться со мной.
— Коннор, приятель. Будь поспокойнее, — голос Габриэля звучал взволнованно.
Хватит уже с нее игр. Черт, хватит с нее уже всего. Эти мужчины просто умело заговаривали ей зубы, но у нее уже не было никакого желания разговаривать с ними.
Эверли стала обходить Коннора. «Когда он попытается схватить ее за руку, — стала строить планы Эверли — она выкрутится из захвата, а затем либо ударит в солнечное сплетение, либо будет целиться немного ниже пояса и заставит его жалеть о том, что он вообще родился мужчиной».
Но Коннор не стал прикасаться к ее рукам. Прежде чем она успела что-либо сообразить, он взял ее шею в захват и прижался свободной рукой к виску. Она хотела понять, что он собирался сделать с ней, но это было безуспешно.
— Я думаю, тебе нужно отдохнуть, — услышала она слова Коннора. — Сладких снов.
Черт возьми. Похоже, он выполнил специальный удушающий захват. Эверли корчилась от боли, продолжая сопротивляться, но он был слишком сильным по сравнению с ней. Удерживая ее и одновременно давя на яремную вену, он останавливал приток крови к ее мозгу. Ее зрение затуманилось. Папка выскользнула из ослабевших рук, и все документы оказались на полу, где каждый мог их увидеть.
— Отпусти ее! — Габриэль бросился к ней. Лицо его было взволнованным.
— Она вся твоя, приятель.
Габриэль поймал ее в свои крепкие, надежные объятия. После этого она потеряла сознание…
*
— Ты чуть не убил ее, черт возьми. Ты не так должен был сделать это, — ворчал Гейб, укладывая Эверли на диван.
Сейчас она была очень бледной. Боже, возможно, ему лучше вызвать врача. А то, может быть, его приятель убил ее…
— Не переживай, она в порядке. — Коннор отмахнулся от него. — Ты знаешь, как часто я использую этот прием? И от него пока еще никого не умер.
— Ну, да, ты прямо судмедэксперт… Прямо сразу можешь сказать — жива она или нет, — недовольно огрызнулся Гейб. Он устал от того, что Коннор делает вид, будто он такой весь правильный, все знает и умеет.
Коннор пожал плечами, явно не желая продолжать этот разговор.
— Ты понимаешь — сейчас опасность может подстерегать тебя везде. А она действительно собиралась уйти. Ты знаешь, что пресса сделала бы с ней? Они могли помочь ей поиметь тебя всеми способами, если бы она решила играть роль отверженной женщины. Все, что ей было бы нужно — одно интервью по национальному телевидению, где она бы намекнула, что ты убил Мэда в порыве ревности. И ты бы сразу загремел за решетку без права выхода под залог.
— Коннор прав. Он должен был остановить ее, — поддержал его Роман.
Дэкс усмехнулся ему, глядя сверху вниз.
— Это еще хорошо, что у дверей был Коннор, потому что после того, что она сделала с тобой, Гейб, я думаю, что буду стараться держаться от нее подальше. Вы видели? Это было всего одно движение. Тебе повезло, что она не ударила тебе по яйцам.
— Еще не вечер, — ответил Гейб с притворным энтузиазмом.
