— Думаю, это не проблема, цена стоит того, чтобы потратить день-два на поиски. Что же касается лорда Фармера, то его нет в городе. — Эдмунд Локс оказался настойчивым, казалось, проще дать ему то, что он хочет, что отвязаться, но Кейтлин не собиралась сдаваться. Она старалась отвечать ровно и непреклонно, боясь, что если даст слабину, то уже ни за что не избавится от навязчивого собеседника.
— Вы верно подметили, — заметила она, снова отступая на пару шагов. — Его нет в городе, поэтому вам придется подождать и обсудить этот вопрос с ним. Поговаривают, что он не исчезает надолго.
— Лорд Фармер еще хуже своего отчима. Тот, по крайней мере, не был нахален и жаден. Быть может, вы все же пойдете мне навстречу?
— В каком смысле?
— Продайте мне артефакт! В доме их столько, что вряд ли есть разница — одним больше, одним меньше.
— Позвольте? — опешила Кейтлин. — Вы предлагаете мне пойти на воровство?
— Ну что вы! — залебезил Локс. — Ни в коем случае я не заставляю вас скрывать сам факт продажи от истинного владельца.
— Вы всего лишь предлагаете мне продать вещь без ведома ее владельца, а потом самостоятельно улаживать проблемы, которые вследствие этого могут возникнуть? А зачем мне эти сложности?
— Вы все выворачиваете наизнанку. Уверен, мы сможем с вами договориться.
— Со мной вам не о чем договариваться, мистер Локс. Еще раз говорю, коллекция древностей мне не принадлежит, поэтому все вопросы к ее владельцу, а не ко мне. Извините, что ничем не смогла вам помочь. И еще… — Кейтлин замерла. — Дядя ни о чем с вами не договаривался. Он не хотел продавать вам ложку Бенвенуто Челлини, а потом его убили.
Локс сначала побледнел, а потом кровь прихлынула к его щекам и он, раздувшись как индюк, выдавил из себя:
— На что вы намекаете?
— Я ни на что не намекаю, я лишь излагаю факты. А кому еще могло понадобиться убивать старика?
— Да кому угодно! — презрительно выдал Локс, наконец-то‚ отступив в сторону. — Этот старый скупердяй накопил столько разных ценностей, что сложно сказать, кто из его знакомых не хотел бы иметь у себя хоть одну вещь из его коллекции.
— Вы про что?
— Вы слишком много не знаете, юная мисс. Считаете, что можете, едва приехав, бросаться обвинениями! Сначала потрудитесь разобраться в ситуации.
— Так просветите меня, — попросила Кейтлин, чувствуя, что закипает.
— А зачем? Вы же не хотите идти мне на уступки.
— Я не могу!
— Мне незачем было убивать барона Макензи, с ним было проще договориться, чем с его наглым пасынком, поверьте. Желающих поживиться экспонатами его коллекции было достаточно и без меня.
— Например? — полюбопытствовала Кейтлин.
— Например, наш радушный хозяин — сэр Диккенс. Я точно знаю, что в коллекции есть вещь, которую он бы хотел заполучить, но барон Макензи был принципиален. Он никогда и никому ничего не продавал. Изредка дарил, чаще покупал.
— Я не верю вам.
— Не верите, что на свете есть вещи, которые не дают спать спокойно великим литераторам? Есть, поверьте‚ и они не всегда относятся к духовной сфере.
— Ну тогда скажите мне, что это за вещь?
— А вы спросите при случае у него сами. Правда, сдается мне, он все будет отрицать.
— Потому, что это неправда.
— Или потому, что ему не выгодно, чтобы вы об этом знали.
— То есть вы обвиняете сэра Диккенса? — разъярилась Кейтлин.
— Я никого не обвиняю. Лишь по вашей просьбе привожу примеры.
— Пока он только один, — покачала головой Кейтлин. — Вы просто пытаетесь отвести подозрение от себя, обвинив невиновного.
— Вам мало одного примера? Хорошо. Вот вам еще несколько. Пасынок барона — Даниэль Фармер. В последнее время он часто ругался с родственником, он интересовался антикварными вещами и их историей, и он вспыльчив. Или Мэлори. Вы ведь знаете дворецкого барона Макензи? Неужели он не показался вам странным?
— И это делает его убийцей?
— Нет, это заставляет задуматься, тем более он единственный выжил после той ночи. Не правда ли странно? — Локс‚ фыркнув‚ отошел в сторону, а расстроенная девушка осталась стоять на ступенях. Все же шпион из нее никчемный. Разговор с коллекционером, который должен был все прояснить, запутал еще больше.
