Всего за одни сутки огромная армия вторжения просто исчезла. А орда, восполнив потери, двинулась дальше. Растянувшись широкой косой, всадники оставляли за собой только голые дома с редкими жителями, и немного еды, чтобы не дать населению помереть с голоду. Гтиррота на ставил задачей полное уничтожение людей, Большому Брату нужны будут подданные, забирались только техника, продовольствие, фураж для лошадей, сами лошади и все ценности. Было ли Степану жалко старушку Европу, отданную на растерзание орде, нет не было. Да и орда то была маленькая, если бы захотели, дали бы отпор. А так всего пять тысяч храбрецов, тысяча механоидов и тысяча киборгов за месяц ограбили Польшу, и вторглись в сердце Европы, ввергая ее в хаос. Почему в хаос, а потому, что они как по волшебству сгребали все, более или менее развитые промышленные предприятия, вытрясали зерно-, и овощехранилища, угоняли скот в неизвестном направлении. И так небольшое количество европейских красивых девушек просто исчезло. Да и просто молодые девушки тоже стали дефицитом. А всего лишь стоило Князю Юрию Михайловичу, упомянуть, что девушек и женщин они примут в любом количестве, за хорошую оплату, как орки сразу выгребли всех, кто хоть как-то походил на женщину.
Все просвещённые страны типа Чехии, Франции, Италии, Австрии, Германии были полностью деморализованы. Неуловимая орда могла появиться где угодно, и сегодня наступил черед древнего французского города Гренобля. Крупный промышленный, научный и культурный центр, сегодня он был разбужен грохотом копыт могучих лошадей и лязгом стальных тел механоидов. В город пришла орда. На сонную патриархальную окраину снося углы зданий влетел странный танк, на основе глайдера с антигравитационными двигателями и огромной плазменной пушкой. Собственно, выстрел из этой пушки и вскипевшая брусчатка на старой площади, и были причиной внезапной побудки, а еще лязгающий металлический голос из голосового синтезатора:
— Внимание, мирные жители Гренобля, вам нечего опасаться, убивать будут только тех, кто держит в руках оружие. Сейчас вам всем надо выйти из дома. И построиться. Мы возьмем вашу еду, ваше вино, ваших женщин и драгоценные металлы. Не сопротивляться, каждый кто возьмет в руки оружие будет уничтожен.
Танк остался висеть над дорогой грозно поводя своей чудовищной пушкой. А в городе слышались редкие винтовочные выстрелы и периодическое стрекотание пулеметов. В центре города был открыт портал, в который входили отобранные пленники и стада различных домашних животных, от свиней до лошадей. А другие всадники носились с харвестерами и сгребали промышленные предприятия буквально до основания. Понравившиеся здания забирались тоже. Как и библиотеки, музеи, брусчатка с мостовых. Да и вообще, все что понравилось. Самое удивительное, что трупов также не оставалось. Когда опустевший и осиротевший город окончательно проснулся, последний солдат входил в портал. Да, вы все правильно поняли, Степан таки дал своему генералу доступ к пространственному домену, где и был временный лагерь военнопленных. Потом оттуда людей раскидывал по разным «покупателям», кого к американцу, кого в Княжество лесное, а некоторых Степан вербовал и к себе в Баронство. Особенно это касалось инженеров и прочих специалистов с тех предприятий, которые были утянуты харвестерами. Сами же заводы были переработаны и улучшены, а после этого интегрированы в экономику владения. Пока орки веселились, Степан и его начальники направлений и пахали как проклятые напрягая все свои и Системные мощности.
Пока Степан осваивал награбленное, а Адик Шикльгрубер***** неистовствовал у себя в Берлине. Руководство СССР, и в частности, Иосиф Сталин, были в не меньшем шоке. Иначе как можно было объяснить гробовое молчание членов политбюро, молча смотревших на лежащее на столе письмо. Они смотрели на письмо на как на ядовитую кобру. Хотя, если честно, это письмо было намного опаснее какой-то безобидной змеи. Само его появление в самом защищенном помещении страны, в самом, так сказать ее сердце, шокировало. Но вот способ появления. Письмо, прямо на заседании членов политбюро и генерального штаба, просто материализовалось из воздуха и упало на стол. Срочно вызванные саперы ничего страшного не обнаружили. Там было обычное письмо, напечатанное как будто на машинке, но при этом не продавливая бумагу, как будто буквы просто наклеили на лист. Сама бумага была удивительно белая и гладкая. Ну, не видели в этом мире раньше писем, отпечатанных на лазерном принтере и на специальной бумаге. Но дело было не в бумаге, а в ультимативности послания. Сталин своими тигриными глазами осмотрел своих соратников, а потом грозно спросил:
