Которые приняли Всё во Всём основанием.
Их ведь так, невзначай предложили,
Ну, а вы-то уж сами их так полюбили.
Так что Душа в бюджет не вмещается,
Пусть чем попало, сама питается.
Нет, ну, коль уж кому невтерпёж - летай.
Только братец не забывай,
Что любая материя,
Начиная с пелёнки,
Даётся служением
Жлецовскому учению.
Короче - на фуксики пролетишь.
Если вообще взлетишь.
А такого родители сами
Чаду своему не пожелают -
Быстрее крылошки ему обкорнают.
Ну а уж общество,
Этих летящих
Быстро добьёт,
Жёстко в систему безликих вобьёт.
Да и ваще - а кто её видел?
Ну, может быть, что-то такое там есть.
Но это опять же - неведомое.
Какие-то терзания, страдания
И прочая гремучая смесь.
А вам оно надо?
Вот вам стойло-диван
И веселись, пока пьян.
Тело носитель сознания, души?
Нет - сознание обслуживает тело!
Утробно-жопное сознанье -
Вот жлецовское создание -
У биополя Земли запор.
А чтоб подальше эту тему отвесть,
Жлец всех четко по границам сумел развесть.
И стал наместников стравливать лбами:
Война кругом - о какой душе речь?
В хмуром впечатлении,
Сделал сказ это лирическое отступление.
Трудно ему констатировать
Успешное внедрение
Жлецовского учения.
Сказ сам в недоумении от такого наблюдения.
Может он забрёл не туда,
И всё ему видится не с того угла?
И вот, чтоб обновить свой взгляд и познания
И скорректировать курс свой и повествование
И делать впредь объективные заключения,
Сказ отправляется в книгохранилище.
Там всё есть про всё,
Там тысячи лет хранится
Опыт всех прежних эпох.
Там где-то Правда прописана быть должна,
Там даже Истина где-то меж строк сохраняется.
Там сказ к источнику Знаний прильнёт,
Там сказ отдохнёт, его ошибки проявятся,
И он объективными знаниями подправится.
И вот он шагнул в заветные пенаты
Но оказался в больничных палатах
Иль даже в госпитале прифронтовом;
Отовсюду слышит он крики и стон.
И на него со всех сторон
Накинулась масса исковерканных толков,
Сказок, басен, легенд и протоколов,
Опалённых папирусов, свитков, пергаментов,
Заражённых летописей и хроник,
Инфицированных уний, хартий, соборов,
Пактов и договоров,
Переправленных мифов, саг, эпосов и былин,
Отравленных законов, романов, сценариев и заклинаний,
Песен, доктрин и предсказаний.
И все они грохочут,
Воют и назидают,
Толкуют и отрицают,
Склоняют и порицают,
Нашептывают и декларируют,
Опровергают и утверждают.
Искалеченные науки,
Потрясая жёсткими дисками,
Грозят всех просто стереть.
Сказ выскочил в ужасе из этого лазарета.
Пусть неуверенно и набивая шишки,
Но дальше своим путём он бредёт.
И вот он опять нащупал тропку,
Хоть и ощупью, но взобрался на горку.
Всё ж хочет он прямо к цели идти,