Арий замолчал, а девушка закусила губу и отползла назад, на подушку. Стало как-то не по себе. Даже холодом повеяло. Буквы на пожелтевших от времени страницах утратили четкость, но Тея все равно продолжала в них вглядываться, думая о своем. За годы службы в инквизиции она всегда находила причину не присутствовать на допросах. Даже в подвалы заходила только на пару минут, когда вообще невозможно было отвертеться. Но при этом она понимала, что именно происходит за окованными железом дверьми. И прекрасно знала, что ждет этого... человека. С самого первого дня знала. Но не придавала этому значения, ведь всякий черный колдун заслуживает смерть в застенках, разве нет? И не важно, что он не выглядит воплощением зла, это все обман, иллюзия. Хотя умом инквизиторша понимала - ни одна иллюзия не продержится без постоянного магического обновления столь долго. И ждала, постоянно ждала, каждое утро первым делом бросая быстрый взгляд на пленника - когда же весь внешний лоск, наконец, осыплется и покажется... истинное лицо. Уродливое, полностью отражающее внутреннюю грязь. Не вызывающее сомнений и симпатии. Хотя надежда на это увяла уже на второй день. Остались недоумение и обида. Лицо мага было красивым, слишком красивым, Тея всю свою жизнь стремилась держаться от таких подальше. Ибо мужчины с такой внешностью вблизи были просто невыносимы - самовлюбленные, самодовольные, привыкшие к всеобщему поклонению.
Теперь ей приходилось целыми днями находиться вблизи от такого. И ведь этот колдун полностью от нее зависел, она могла убить его практически одной только мыслью! Но при этом он относился к ней явно свысока, и эта снисходительная улыбка бесила, выводила из себя и заставляла сомневаться в собственной правоте. И если раньше сомнения получалось задушить недрогнувшей рукой, прежде чем они сформируются и начнут капать на мозги, то сейчас она явно опоздала.
Тея вновь пододвинулась к краю кровати, глядя на спящего мага, внимательно рассматривая смягченные сном черты. И как он может так быстро засыпать? Или притворяется? Вот сейчас как откроет глаза, как обольет ее презрением! Девушка замерла, но лицо спящего человека было все столь же безмятежно. Идеально очерченные губы чуть приоткрыты, дыхание ровное и спокойное, светлые волосы, кажущиеся в тусклом свете темнее, чем на самом деле, разметались по подушке, одна прядь пересекла лицо... Тея улыбнулась заметив, что концы волос у мужчины чуть вьются. Надо же, как повезло - вьющиеся от природы волосы! Сама девушка когда-то очень долго возилась с завивкой, спала на деревянных бигуди. Но к вечеру уложенная с утра прическа все равно распадалась. А тут! До безумия хотелось прикоснуться к этим волосам, отвести прядь от лица, но инквизиторша сдержала себя и медленно, чтобы не разбудить, вернулась на свое место и потушила свет, так и не увидев, как дрогнули черные ресницы.
Вновь убедить себя в том, что этот человек получил такую внешность, принося кровавые жертвы демонам, было ой как нелегко.
На следующий день, верная своему замыслу оградить младшую сестру от общения с колдуном, Тея потащила мага на экскурсию по окрестностям, "посмотреть любимые места детства". Впрочем, Арий не возражал. Да и попробовал бы возразить! Как инквизиторша себя не накручивала вновь, как следует, рассердиться на пленника не получалось. А вот Мелика, изо всех сил пытавшаяся увязаться следом вызвала сестринское раздражение. Мужчина благоразумно молчал, предоставив сестрам самим выяснять отношения - становиться между двумя сладко улыбающимися спорщицами вовсе не хотелось. К счастью, вмешалась мать и Мелика, обиженно надувшись, осталась дома.
Проводить экскурсию Тея, впрочем, не собиралась. В гробовом молчании отведя мага подальше от поместья, за небольшую рощицу, села на траву и раскрыла потрепанную книгу. Арий не стал настаивать на общении, растянулся на солнышке и прикрыл глаза, наслаждаясь теплом.
