Широко раскрытыми глазами глядел Зурр. Если бы вот сейчас произошел обвал или случилось наводнение, он не поразился бы так, как поразился рождению огня из загадочных крошечных светлячков.
Зурр подполз к горящему факелу и сунул палец в огонь.
- Вах-ха! - Пламя настоящее, жжется.
В голове у Зурра неуклюже ворочались недоуменные мысли: "Лан это сделал, не жрец, не вождь - детеныш!" Медлительный ум его не связывал появление огня с хитроумно перевязанными палками - непонятной вещью у ног Лана. Огонь как бы возник из ничего, силой таинства и волшебства.
Конечно же, это проделки добрых дивов!
Муна крепко прижимала к себе дрожащего от страха и вырывающегося волчонка. Звереныш привязался к девочке той врожденной щенячьей привязанностью, которая связывает малышей с матерью, но стоило ему увидеть огонь, как еще более сильное чувство - древний инстинкт самосохранения погнал его прочь от опасности, но Муна не отпускала его.
Наконец Лан поднял глаза на своих попутчиков, счастливые и смеющиеся. Он самостоятельно повторил чудо Мудрого Ауна! Он сможет повторить его еще и еще!
При свете факела они съели остатки вяленого мяса и напились из ближней лужицы.
Муна поделилась едой с волчонком. Тот проглотил свой кусочек, не жуя, и уставился голодными глазами на остатки мяса в руке девочки. И этот кусок достался зверю.
Зурр крякнул от досады...
Как узнать в подземелье, ночь сейчас или день? Ребята шли и шли, садились отдыхать, засыпали и опять шли. Сколько прошло дней, как они плутали в пещере, кто может сказать? Много. Больше всего мучил их голод. На одном из привалов Зурр взбунтовался.
- Хочу мяса, - решительно заявил он. - Убьем зверя!
Муна прижала волчонка к себе, решительно тряхнула головой.
- Нет! Не дам звереныша. - В непроглядно-черных зрачках полыхнул злой огонь. - Уйду без вас.
Лан молчал. Раздумывал.
- Сейчас убивать нельзя!..
И вдруг Зурр заплакал.
Большой, сильный и выносливый, он не мог больше переносить мук голода. Он готов был наброситься на волчонка и больно, до крови укусить его, чтобы хоть на миг ощутить на губах приятный вкус. Он так и сделал бы, наверное, но теперь Муна с волчонком держались поодаль.
- Не сейчас, - повторил Лан. - Мы еще можем идти. Но когда не станет сил, мы возьмем его кровь и его мясо... Так надо, Муна! Смотри не отпусти звереныша. Мы должны вернуться к племени.
Опухоль на коленке Зурра уменьшилась, и болела нога меньше.
- Надо идти. - Лан подхватил Вещь.
Зурр поднялся, нехотя взял факелы: их осталось совсем немного, всего три.
Голодные, они старались идти быстрее, спешили. Теперь им уже не казалось, что вот за тем поворотом они наконец увидят свет. Позади осталось несчетное число поворотов, а дыра все не появлялась.
У очередной развилки остановились передохнуть. Что-то часто они отдыхают! Лан хотел повернуть в более просторный проход, но заметил, что волк тянет Муну в другую сторону, к узкому отверстию. Лан помнил, как зверь находил дорогу в темноте, как он привел их к Зурру, а потом помог вернуться в пещеру предков. Может, и теперь зверь показывает верный путь, хотя непонятно, как он может его знать.
Запалив новый факел от огарка, Лан свернул в тот проход, куда стремился волк. Скоро пещера сузилась настолько, что пришлось идти согнувшись.
От такой ходьбы у Зурра снова стала побаливать нога.
"Надо было идти в широкий проход, здесь только зверю удобно бежать", подумал Лан.
У очередной развилки он сам выбрал направление, хотя зверь тянул Муну в узкую дыру.
Коридор, куда они свернули, с каждым шагом становился выше и просторнее, и вот они уже вышли в обширную пещеру с желтыми гладкими столбами. Таких пещер много встречалось им на пути. И опять надо решать, куда сворачивать, какое из трех возможных направлений выбрать?
Присели передохнуть.
Неожиданно между камней Лан увидел огарок факела. Сомнений не было - это их огарок. Они уже побывали тут, в этой пещере.
Холодный пот выступил на лбу: значит, они напрасно сожгли два факела, впустую потратили силы.
Осторожно, чтобы не заметили Зурр и Муна, мальчик прикрыл огарок ногой и задвинул его под камень. Оглянулся на волчонка. Только на него надеялся теперь Лан, на него да на добрых дивов.
А волчонок, поводя черным носом, принюхивался к чему-то и тянулся к тому узкому проходу, куда они уже сворачивали однажды.
Лан передал факел Муне, а сам взялся за кожаный ремешок зверька. Напуганный страшным открытием, мальчик окончательно решил довериться непонятной способности волка находить дорогу.
Шли узкой пещерой, и Лан узнавал ее, в то время как его спутники и не подозревали, что идут этим путем вторично.
Может быть, они давно уже кружат по одним и тем же подземным ходам и суждено им погибнуть? Но нет, Лан не станет слушать шепота злых дивов, от которого тяжелеют ноги и туманится разум, от которого хочется лечь на острые камни и умереть.
Вот здесь они свернули в широкий проход, а волк ведет их к узкой дыре. С трудом Лан протиснулся вслед за зверенышем и обернулся к Муне. С факелом в руках девочка медленно пробиралась через узкую щель.
