Оками продолжает свой путь. 64-65-й годы эпохи какурезато. Якуши Кабуто попадает в сиротский приют Конохи. Рождаются Хьюга Неджи, Рок Ли, Тентен, Сай, Учиха Саске, Харуно Сакура, Хьюга Хината, Инузука Киба, Абураме Шино, Яманака Ино, Нара Шикамару, Акимичи Чоджи. Рождаются Узумаки Карин и Ходзуки Суйгецу. Оками вообще не в курсе кто все эти люди и какая судьба им уготована в будущем.
3.1
— Почему ты это сделал, Умино-сан? — удивился Джики, когда голова джашинита покатилась по доскам палубы. Не предъяву братишке кинул, а только недоумение свое показал.
— Все правильно он сделал. Все хорошо, бро. Ты молодец. Оставлять жизнь всяким ублюдкам, которые приносят в жертву своему кровавому идолу детей и женщин — не по Кодексу, — Фумито же как в анабиоз впал, оцепенел. Отходняк у него сейчас.
— Надо тут все обыскать. Улики всякие, записи, бабло и прочие ценности притырить, — распорядилась я. — Деньги, золото, драгоценности, и всё такое. Что найдем, тащим на палубу. Потом поделим по-братски, — так-то хотелось всё себе присвоить. Вообще всё, включая недешевое судно. Но не выйдет. Крысятничать я не собираюсь, один раз присвою всю добычу и хана репутации, никто не захочет со мной работать.
— Это мародерство, — высказался типа честный Дзиро. Придурок.
— Не-не, пацанчик, это честные трофеи, которые мы сдадим в казну своих скрытых деревень. Вы Камню, мы Водовороту. Так что давай, вперед, поработай на благополучие Ивагакуре.
— Джики, ты у нас уже опытный поджигатель, готовь всякое горючее, разливай, где сподручнее. Тут, как минимум, масло для светильников должно иметься. Я хочу, чтобы эта уродливая кровавая посудина сгорела дотла. Местные утырки будут рады, что мы их так от эпидемии избавили.
То, что нет никакой эпидемии, так это неважно. С точки зрения городских и портовых властей, болезнь есть и ее источник необходимо ликвидировать. То есть Покрытого Кровью так или иначе со дня на день запалят. Так чего бы и не сэкономить уважаемым людям усилия?
Моя внутренняя жаба, конечно, душит меня так вот запросто сжигать стоящий офигенно больших денег корабль. Но во-первых, Фумито от такого кощунства, как попытка заработать на месте убийства его мамки, наверняка переклинит, не надо мне такого. Во-вторых, мы с такой махиной попросту не справимся. Нет у нас необходимого опыта. Это мне не шхуна, с которой все просто и понятно спустя полгода практики. А у Джики и иванинов и такого опыта нет. Захватывать же корабль и пытаться продать его в том же порту, это уже апофеоз пиратской наглости. Местные не оценят. Так что лучше сжечь, предварительно прикарманив все самое ценное.
И начала я с головы главного ублюдка. Обещала Ооноки-саме ее добыть, вот, добыла. Да, с живого получилось бы больше профита, но сейчас тот случай, когда нужно запихать собственную жадность поглубже себе в задницу и молчать в тряпочку. Главное, чтобы не в тряпочку с хлороформом. Несколько печатей хранения я приобрела еще в Конохе. Самых обычных, рассчитанных на относительно небольшие штуки, типа головы. Когда-то у меня почти идентичную бумажку конфисковали самурайские ублюдки. А она, между прочим, денег стоит. Надо бы им отомстить. О, придумала план мести.
— Слышь, бро, да давай ты, очнись уже. Сможем мы этот корабль направить вон туда, на шхуну из Страны Железа? Очень уж она на Шохеймару смахивает.
— Химе, я не понял. Что ты задумала?
— Направить этот ублюдочный плавучий сарай, на ту мудацкую посудину, любись они вместе в пламени пожара. Че вылупился? Эти сволочи нас на руднике держали и за мою голову награду объявили. Вот пусть теперь получают, что заслужили. Давай-давай, не тормози. Кроме тебя в парусах и кораблях тут никто нормально не сечет. Миура-сенсей, помоги ему.
Выдав задание для Фумито, которое должно парня отвлечь от невеселых мыслей, занялась экспроприацией ценностей. А то эти малохольные и дофига честные кучу всего пропустят, чему можно ноги приделать и выгодно загнать. Я не жадная, я бережливая и рачительная.
Начала исследовать судно я, конечно, с палубной надстройки. Все самое лучшее, включая каюту капитана, так и напрашивалось именно туда. Не знаю, был ли сектант именно капитаном или пассажиром-нанимателем, но его апартаменты логично искать в самом комфортном месте.
Ну да, нашла. Что-то среднее между лавкой мясника и тем специальным помещением, где охотники развешивают свои трофеи. Красная комната, белый круг-треугольник джашинкье во всю стену, и засушенные части тел, аккуратно развешенные внутри религиозного символа. Кисти рук и пальцы, в основном. Все маленького размера, детские. Меня аж блевануть потянуло, хотя удержалась, конечно, не настолько я впечатлительная. Так, взрослых останков вроде бы нет. И, пожалуй, хорошо. Захотелось поджечь это всё немедленно. Никакие ценности, если они есть в маньяческой кладовке, не стоят того, чтобы я их внутри искала. Пожалуй, последователи джашинизма прочно заняли первую строчку моего черного списка и никто их с пьедестала моей ненависти не сместит.
А вот интересно, рядовые матросы знали, что тут на борту такое происходит? Бывали на джашинитских мессах? Получали кровавое причастие? Думаю да, все они тут замазались по самые уши. Корабль большой, но не настолько, чтобы экипаж ничего не замечал.
