Схватила мелкого шпиона телекинезом и резко подняла вверх, оторвав от стены. Золотистые вьющиеся волосы, большие зеленые глаза, розовое кимоно в цветочек. И в оценке возраста я чуть раньше не ошиблась. Не старше восьми.
– Хотару-тян! – даже не знаю чего в интонациях старика было больше злости или испуга за девочку, зависшую над пропастью. Причем злится старый, походу, не на меня, а на тех, кто за ребенком должен был присматривать.
– Деда! Я летаю! – совершенно неуместный восторг. Я молча перенесла малышку к Гёдже и тот крепко вцепился в нее. Как будто бы мне будет сложно их обоих вниз спихнуть, если вдруг резьбу сорвет. С немалыми шансами на выживание у старика, правда.
– У вас очень милая внучка, Эн-сама, – не стала добавлять, что ее поведение – это зашквар по любым понятиям. Старый и без моих напоминаний это знает. – Я не против того, чтобы она услышала весь наш разговор, если того хочет и не будет болтать.
– Я не болтунья! – возмутилась малявка. Ох и влетит же ей по заднице от деда, независимо от того, как дальше пойдет наш разговор.
– Деда, ну пожалуйста! Оками-сама так интересно про Узушио рассказывала, – малышка применила секретное гендзюцу больших жалостливых глаз, доступное только детям.
– Тебе рано участвовать во взрослых разговорах, Хотару-тян, так что сиди, молчи и не перебивай, раз уж тебе разрешили слушать.
На самом деле присутствие малявки может стать небольшим, но аргументом в мою пользу.
– Сожалею, если вопрос покажется неуместным. Но сколько вам лет, Эн-сама? – по моей оценке, не меньше семидесяти. Да, он крепкий старикан и вообще шиноби, хоть протектора с камоном в виде паука и не носит.
– Восемьдесят семь.
– Возраст женщин обычно тайна, но не в моем случае. Мне скоро стукнет восемнадцать, – ну, через одиннадцать месяцев. Но разве это долгий срок? Видно же, что старый пень не относится серьезно к молоденькой девушке. Малолетней соплей типа своей внучки меня считает, несмотря на все продемонстрированное.
– Вы выглядите моложе своих лет, – подтвердил мои наблюдения Эн.
– Прошу вас, не отнеситесь ко мне, как к ребенку. Перед вами взрослая куноичи и ирьенин как минимум А-ранга. Как вы посмотрите на то, чтобы вас немного омолодили? Лет хотя бы на десять. Сможете лично выдать Хотару-тян замуж и отвести к алтарю, когда она повстречает достойного юношу.
Девчонка густо покраснела. Биджу! Опять какой-то бабкой-свахой себя ощущаю.
– Взамен вы попросите технику разрушения небес? Если так, то предложение выглядит неравноценным.
– Нет же. Взамен я хочу защитить ваш клан. Не как Коноха, а по-настоящему.
Защита со стороны Скрытого Листа, походу, точно такая же, за какую чайные барыги Алому Клубку платили, а сейчас банде Наоми башляют. То есть плата за то, что уважаемые люди их не трогают. Иначе почему тут хотя бы одна тройка генинов не дежурит, которая объяснила бы чужакам, то есть нам, что гора – это типа частные владения и не нужно туда лезть.
– Вас так беспокоит благополучие Цучигумо? – не без иронии и сарказма спросил Гёджа.
– Отвечу честно, я узнала о существовании вашего клана недавно и поводов любить или ненавидеть его у меня нет. Ну разве что то, что вы посчитали меня воровкой, утащившей вашу технику – неприятно. Я о ней и не слышала. У меня свои способы разрушения.
– Сожалею о возникшем недопонимании, – спокойно известил старик. Главы кланов не извиняются. Даже таких вот, не самых значительных.
– Не буду скрывать, ваша техника мне интересна, как и любой способ сделать свою деревню сильнее. Но я хочу получить технику вместе с вами, ее пользователями. Переезжайте на Узушио, вот что я вам предлагаю. Всем кланом или его частью, как пожелаете. Мой остров – самое безопасное место в мире. Невидимая смерть, она же проклятие Узумаки и длань Шинигами, убьет любого чужака, что явится без нашего одобрения.
– Зачем же вам в этом случае дополнительное усиление?
– Затем, что нельзя закуклиться и сидеть внутри своей зоны комфорта – это путь к вымиранию. Взаимодействие с внешним миром всегда остается. И всегда есть враги. Сжатый кулак сильнее отдельных пальцев. Но так-то Узушио – мирная деревня. Коноха наверняка предлагала вам поселиться у них. Но вы отказались, не желая участвовать в войнах Сарутоби-самы?
– Этот Гёджа много повоевал на стороне Скрытого Листа, многое потерял и не желает, чтобы новые поколения повторили печальный опыт.
– В таком случае Узушио – ваш выход. Мы тоже пострадали, знаете ли. И по той же причине – из-за войны, затеянной великими государствами. Понимаю, не убедила. Нужен кто-то посерьезнее семнадцатилетней девушки. Сенджу Цунаде в качестве переговорщика и гарантий того, что мы сможем укрепить ваше здоровье, устроит?
– Цунаде-сан? Она была одной из сильнейших, но больше не способна ни лечить, ни сражаться.
– Способна. Ее проблемы позади. Сейчас Цунаде-сенсей управляет Узушио.
– Не вы?
