– Была в курсе, но все равно оказалась не готовой, – призналась я вслух. Звук собственного голоса показался чуждым. Походу, уши еще не до конца починились.
– Простите, Оками-химе, я честно предупреждала вас о рисках и счастлива, что ваша техника регенерации справляется. Рекомендую принять душ, чтобы смыть остатки кислоты.
– Сенсей, а как вы с Кацую познакомились? – не могла не спросить я уже после того, как хорошенько помылась и надела свежее тренировочное кимоно. – Это ведь не Мито-сама вам по наследству призыв передала.
Было бы дофига иронично, в плане всех этих разговоров про реинкарнацию.
– Это все Джирайя. Он случайно вышел на контакт с жабами, будучи еще генином, подписал с ними договор, затем узнал про Лес Влажных Костей и Пещеры Рьючидо, где имелся шанс свести знакомство с Кацую и Хакуджей Саннином соответственно. Я выбрала слизней, Орочимару змей. Скорее всего, мы с ним не выжили бы, соверши иной выбор.
Цунаде путешествие в костяной лес далось не так и легче, чем мне, и сейчас она снимала стресс чашечкой сакэ. Я тоже себе набулькала и под суровым взглядом наставницы дерябнула.
– Одна чашка. Тебе хватит!
– Чё это? Я совершеннолетняя! – чисто машинально огрызнулась.
– Это не дает права пить именно мой алкоголь. У меня его запасы не бездонные! – конечно, прикалывается. Она для своих учениц не то, что бухло – саму себя не пожалеет.
Возвращаясь к дедуле Эну, которого вслух так зовет только Тару-тян – ей разрешено, а все остальные обязаны проявлять почтение. Выбрав погожий денек через пару недель после переезда, он показал нам, то есть верхушке деревни и моим ученикам, “технику разрушения небес”, также известную как “ярость”. Выбрали заброшенную деревеньку, неподалеку от нашей, все полезное из которой мы уже давно смародерили. Зрители заняли места подальше и дедуля буквально смел населенный пункт с лица земли почти без подготовки. Пара печатей, раскрытые ладони вперед – и вот сначала яркая секундная вспышка, а затем мощная ударная волна сметает хлипкие и обветшавшие от времени здания, оставляя за собой расчищенную площадку.
– Большой взрыв-сама! – с несвойственным ему почтением поклонился Дейдара. – Это было, хм, почти прекрасно! Настоящая картина разрушения, созданная в мгновение. Но мне не хватило, хм, эмоций. Эн-сама был слишком спокоен. Нужно больше искренности. Не просто взорвать деревню, а, хм, хотеть ее уничтожить, как когда сенсей разнесла Киригакуре. Но мне все равно понравилось.
В этом весь братишка Дей. Ему надо, чтобы красиво, со смыслом – не пошлый деструктивный акт, а настоящее искусство.
На восемнадцатый день рождения Миура-сенсей подарил мне пару мечей. Не, были и другие подарки, в том числе уместные для нормальной девушки. Ну там, цветы, сладости, духи. Последние где-то Скай раздобыл. Горец внезапно сошелся с одной из бывших женщин Кагуя, когда Страну Волн посещал и вроде как все обоюдно у них.
Так вот, мечи. Катана, очень близкая по конфигурации к предыдущей. Настоящая, самурайская, работа мастеров мудацкой Страны Железа, которые знают толк в обработке стали. И вакидзаси – мой вакидзаси, как я думала, насовсем утраченный в схватке с Ягурой.
– Что, решил, что недостаточно моей крови пролил и вернулся, приятель? – погладила я меч по голому клинку. Ножны ведь все еще где-то у меня дома валяются, печать-татуировка для него настоящий дом.
– Сказано в Кодексе, что меч, утраченный истинным воином, всегда найдет путь обратно в его руку, ибо сталь помнит своего хозяина, а дух – свое предназначение, – пояснил Миура, заметивший узнавание.
– Но как? Как?
– Нукенин Кумо по имени Наоми передал клинок на корабль вместе с грузом чая, – объяснил самурай. И ведь не сказал никто. Сюрприз мне готовили. Не то, чтобы прям привязалась к мечу, который так и норовит мне в брюхо воткнуться, но офигенно приятно получилось.
А ведь у нас с Наоми еще совместные миссии потом имелись, и он все молчал на них о подарке. Периодически приходилось на Акацуки поработать. Сплошь в Стране Воды. Довольно-таки простые, даже плевые миссии по дальнейшему точечному подрыву власти Мизукаге. С чисто символической оплатой, но приятные для души. В основном, устранение отдельных шиноби Кири, поддерживающих Ягуру, то есть таких же маньяков, как и он сам, желающих, чтобы Туман оставался кровавым. Вот ничуть их не жалела.
Пейн, как я поняла, сделал ставку на постепенное ослабление Киригакуре, видимо, посчитав, что так им будет не до новых глобальных войн. Такая вот борьба за мир через убийства. Вполне в стиле извращенной философии бога садизма. А если исполнители на одной из акций запалятся – так это же Оками мстит за старое, все претензии к ней. Мне даже плащик рекомендовали надевать только на собрания, чтобы на них дресскод соблюдался.
Но так-то я и не возражаю. Убрала очередного ублюдка и чуточку полегчало, хотя боль от утраты друзей навечно со мной.
