– Не болтать. Пейн и Акацуки не должны узнать ничего лишнего, – произнесла я. Это ведь реально единственное, что мне нужно от Наоми. Биджу! Прикончить его было бы и проще, и правильней, чем довериться. И мало какой шиноби меня бы за такое осудил. Ну разве что Минато… Fuck! Говоря на языке Кумо. Призрак йондайме как будто бы встал перед моим внутренним взором. А рядом с ним еще и привидение Кушины объявилось. Нормально ли это – использовать в качестве морального ориентира мертвых друзей? Намикадзе, так-то, был политиком и наверняка принимал непростые решения.
– И оказаться на нашей стороне, если начнется драка, – добавила Чико. Дурынде хватило ума не говорить вслух о своих планах относительно Орочимару. Хотя так-то у Наоми поводов любить окольцевавшего его саннина должно быть не слишком много.
– Я согласен. Не болтать вообще очень просто. Я не получал от Пейна задания шпионить за тобой, – говорит вроде как искренне, но я обычная девушка, а не детектор лжи, а предложение из разряда тех, от которых не отказываются. Как бы мне сейчас Хьюга с бьякуганом пригодился! Они-то всех реально насквозь видят.
На несколько секунд повисло тягостное молчание. Горец нервно сглотнул, понимая, что решается его судьба. Она и решалась. Я слишком добренькая, как бы Шини поступила… она бы рассудила, что смерть напарника вызовет нехорошие подозрения. Или опасалась бы, что риск того, что Наоми всем все разболтает слишком велик. С другой стороны, иметь возможность не таиться, общаясь через Кацую, того стоит. И если этот напарник спалил, следующий имеет шансы оказаться таким же наблюдательным.
– Союзники! – повторно протянула я горцу руку. Он облегченно выдохнул, сжимая мою ладонь.
Может, и ошиблась. Нельзя быть слишком доверчивой. Но биджева интуиция говорит, что я права.
– Орочимару-сама знает, как снять кольцо, – возможно самая важная новость от моего напарника, ее он озвучил, едва перешел в разряд союзников. – Обещал позаботиться еще и обо мне. Если не верить одному из легендарных саннинов Листа, то кому вообще можно доверять?
– Другому саннину Листа, но без репутации отступника, – предложила я. – Наставница, тебе пара слов.
Все равно возможность переговоров через Кацую раскрыта, так чего теперь таиться. Играем в открытую.
– Я недовольна тем, что в наш узкий круг добавился посторонний. Но я верю своим ученицам, – где-то на фоне раздался приглушенный счастливый детский смех. Фуоки-тян. Она обожает “маму Цунаде”, хотя официально пока женщина эту должность не приняла. Может быть, еще сдастся.
– Цунаде-сенсей – лучший ирьенин в мире, у нее больше шансов избавить нас от колец без последствий, чем у Орочимару, знаешь ли, – пояснила я. Биджу! Как же приятно прекратить быть холодной Шини и изъясняться по-привычному.
По лицу Чико мне показалась, что та все же ляпнет “а его мы убьем”, но не настолько та дурында. Подобные планы лучше держать при совсем-совсем своих.
– Я уверена в том, что сниму кольцо без последствий, – объявила внучка Хаширамы очень многообещающим тоном. – С трупа нукенина из Суны ведь легко удалось его забрать.
– Клиническая смерть! – сообразила я.
– Именно так. Очень приятно, когда ученицы понимают идею с первого намека.
– И раз у нас тут вечер решения деликатных проблем… – начала я.
– Сейчас полдень, – перебила Учиха.
– … то тащите сюда зубастую, решим ее судьбу.
Всю голову к настоящему моменту сломала тем, как поступить с Ринго Амеюри. Она одна из семи мечников, элита из элит. Так запросто своих не предаст. Ну разве что искренне разочаруется в идеалах Кровавого Тумана, как Коху и другие мои киринины. Вот реально маловероятно.
В качестве штатного конвоира продолжила Чико работать. Сходить в каюту, отведенную под камеру, и привести злобно зыркающую на всех девушку – дело пары минут, за которые я более или менее подробно рассказала, как мы столкнулись и о своей не такой и эпичной победе.
– Так вот кто ты такая, рыбка! – воскликнула шиноби Кири, когда ее избавили от кляпа. Ну да. Красные волосы, наколки, не прикрытые обмотками, Бьякуго на лбу. Все, кому надо, в курсе, что так и выглядит разрушительница деревень.
– Ага. Так что не грузись, ты слила спарринг полноценному S-рангу, а не случайному генину. Вопрос в том, что с тобой, такой красивой, делать.
– Извиниться и отпустить? – с сарказмом предложила мечница. – Сразу предупреждаю, я не предатель, не дезертир, не нукенин. Убейте меня так, чтобы было не очень болезненно, пожалуйста.
Самообладание, вызывающее уважение. Смогла бы я сама так ответить? Пожалуй, нет, я бы грязно обматерила.
– Погоди, я сделаю тебе больно другим способом. Скажи, Ринго-сан, тебе нравится нынешний Мизукаге? Не как мужчина, а как лидер скрытой деревни? Довольна его методами управления? Нравится, как он кланы нагибает?
– Рыбка… я не предатель.
– Реально? То есть ты от всего любящего сердца поддерживаешь власть нелегитимного маньяка? Как там в норме назначение нового каге выглядит? Старейшины выбирают самого подходящего, даймё его утверждает и все довольны. А у вас как было?
