Один из бурильщиков включил на своей машине небольшой быстро вращающийся бур, а второй управлял механическим манипулятором, которым удерживал маленькие чёрные патроны. Пока Локар и Гурифф наблюдали, рабочие просверлили в двери отверстия и вставили в них патроны. Прежде чем жрец успел испугаться, мини-заряды взорвались, и древняя тяжёлая дверь содрогнулась и накренилась, а со стороны петель появилась узкая щель. Рабочие, используя крюк, открыли дверь и осветили зал ярким лучом.
Частично разрушенный потолок, словно грозовой фронт, нависал над засыпанной мусором комнатой. Локар протиснулся в дверной проём и вошёл в зал, взяв себе право первичного осмотра. Он согнулся под висящим потолком и быстро пошёл по неровному полу.
— Это всё может рухнуть тебе на голову, — предупредил Гурифф.
Однако Локар знал, что Разделённый Бог не допустит этого, только
не после всего, через что ему пришлось пройти.
С бешено колотящимся сердцем он заметил что-то блестящее среди груды мусора и, отпихнув обломки в сторону, раскопал большой цвета платины кубок с гравированной крышкой — это чтобы символическая кровь Бога не испарялась в сухой воздух пустыни.
Порывшись ещё в куче, он нашёл кое-что более интересное — маленькое золотое изваяние песчаного червя, вынырнувшего из глубин пустыни и обратившего свою величавую безглазую голову к небесам. Взволнованный, жрец поставил статуэтку рядом с кубком.
Затем, с трудом веря своим глазам, он обратил внимание, что стена за грудой мусора влажная. Невероятно! Но откуда? Услышав шум, он посмотрел вверх и увидел, что потолок над ним дал трещину. Вода закапала, и полилась прямо на него — на Ракисе! Схватив кубок и статуэтку, он бросился к выходу. Лишь только жрец оказался рядом с Гуриффом, как за его спиной всю комнату с грохотом завалило.
— Что у тебя там? —спросил лидер экспедиции, глядя на кубок, как будто более ничего особенного не произошло.
— Этот кубок должен тебя заинтересовать. Я думаю, что он изготовлен из редкого металла.— Локар передал сосуд Гуриффу, а изваяние песчаного червя засунул к себе в карман.— А это нечто более священное. Не для чужих глаз.
— Начало положено,— сказал Гурифф, пожав плечами. Он откинул металлическую крышку кубка, чтобы посмотреть, не завалялась ли в большой посудине какая-нибудь ценность поменьше. И вскрикнул, когда оттуда выпрыгнуло маленькое существо и быстро проскакало половину наклонного туннеля. Затем оно остановилось и, обернувшись, посмотрело на незваных гостей маленькими тёмными глазками.
— Чёртова тварь укусила меня! — Гурифф тёр красную отметину на большом пальце.—Как, чёрт возьми, она вообще выжила?
— Это просто мышь,— сказал один из рабочих.— Всё-таки что-то живое здесь ещё есть.
— Пустынная мышь. Древние фримены звали её муад’диб,— Локар благоговейным шёпотом добавил,— «мышь-которая-прыгает».
Оба бурильщика выбрались из машин и побежали по гладкому склону, с шумом гоняясь за существом.
— Страшная кара постигнет того, кто причинит вред муад’дибу! — закричал Локар.
Но грызун легко улизнул от своих преследователей и исчез в маленькой щели дверного проёма.
Гурифф закатил глаза:
— Теперь ты считаешь священным объектом?
* * *
Через две недели закат стал похож на свет горячего пламени сквозь слой пролитой крови. Застланный пылью горизонт зловеще наступал. Воздух в районе посёлка, который обычно заполняла глубокая, почти абсолютная тишина, оживился фоновым шумом, будто рокочущим вдалеке громом.
Локар знал, что это были за знаки. Человеческие слабости заставляли его трепетать от страха; религиозная вера заставляла его испытывать благоговение. Ракис был ранен, быть может, смертельно, но он ещё не умер. Сон планеты был беспокоен.
— Чего бы я только не отдал за группировку погодных спутников! — Гурифф упёр руки в бока и внюхивался в воздух.— Похоже, это опасно.—Он уже отозвал разведывательные топтеры и наземные машины, хотя команда продолжала рыться в туннелях погребённого Кина, раскопав уже большой подземный лабиринт.
— Ты знаешь, что это,—сказал Локар.—Посмотри. Это буря, возможно, матерь всех бурь.
— Мне казалось, что после бомбардировки, после переплавки большей части песка, обычный эффект Кориолиса...
— Ничего обычного в этом не будет, Гурифф. Ни в коей мере.— Жрец продолжал пристально смотреть. Он не шевелился.—Вся экосистема была повергнута в хаос. Какие-то погодные особенности могли быть подавлены, какие-то наоборот усилились.—Локар кивнул в сторону кроваво-красного горизонта.— Нам повезёт, если мы переживём эту ночь.
Со всей серьёзностью отнёсшись к предупреждению, Гурифф закричал своим людям, схватил рацию и созвал команду на срочное чрезвычайное собрание.
