Сказания древа КОРЪ полностью

" Амири беватан зору хакир аст

Гадо гар дар ватан мирад – амир аст "

Это поэтическое сравнение эмира и нищего появилось много лет назад под пером высокородного изгнанника в зелёной долине Чардех.

Марья Олимова мужа с войны дождалась. Обе дочери, Софья, на выданье, и шестиклассница Валерия, делили с матерью комнату в коммуналке на Старом Арбате. Шомурод появился не один. Из-за его спины смущённо улыбался Искандер. Первой из шумного родственного клубка освободилась Софья. Подошла к Тимурову, стоявшему поодаль. И без смущения, сразу на «ты»: «Хорошо, что ты приехал. Я ждала. Я влюбилась в тебя в тот первый вечер. Помнишь, в Андижане? Ты был из персидских сказок, что читал мне перед сном мой отец». Сердце тридцатичетырёхлетнего офицера обдало жаром восторга, и тут же его охватило тревожное предчувствие. Он не ошибся. Софья родит от своего восточного принца такого же золотоглазого сына и умрёт на тридцать втором году от скоротечной почечной болезни. Вдовство Искандера затянется надолго. Оставшись при погонах, он сменит род занятий – преуспеет в военно-политической жизни. Валерия проживёт, по сравнению со старшей сестрой, двойную, отмеченную докторской степенью жизнь и будет в начале нового тысячелетия с почестями отнесена из академического Института народов Востока на престижное столичное кладбище. Мать и отец станут свидетелями её успехов, и этим приглушится их боль потери девочки-первенца.

Фантастическую карьеру сделает невольный москвич, сын последнего эмира Бухорон Шариф . На следующий год после победы полковник Шомурод Сейидович Олимов поступит в Военно-инженерную академию имени Куйбышева, а по окончании её станет в ней преподавать уже в звании генерал-майора, теша гордость генеральши Олимовой. Круглая сирота, она смутно помнила родителей, представителей «рабочей аристократии», ни за что, в горячке классовой разборки застреленных белыми и на скорую руку записанных красными в герои. Это стало причиной её появления в закрытом интернате. Там на миловидную Машу, затейницу лёгких ссор, интриг по пустякам и всяких весёлых врак, обратил внимание рассудительный Шомурод. Поначалу она оставалась к робким ухаживаниям сверстника равнодушной, пока не услышала передаваемый из уст в уста секрет, что «этот монгол» якобы царского рода, потомок Чингисхана. А Маша родилась в рабочей семье жуткой снобистской, постоянно дурила головы окружающих враками о своём не простом происхождении, получая удовлетворение от вытягивающихся в изумлении интернатовских лиц. Пока дети революционеров и педагоги из революционеров успешно воспитывали в сыне эмира простого советского человека, девушка из народа активно мечтала, как бы обзавестись «белой костью» для будущих детей. И вымечтала: по окончании Шомуродом военного училища они поженились. И хотя дочь рабочего и швеи трезво понимала, что не видать ей никогда на голове обожаемого мужа ханского венца (она не сомневалась, что таковой существует), Марья мечтала о его успехах внутри офицерской корпорации. Сильная мечта способна материализоваться, заметили древние.

Глава IV. Сергей Скорых

На второй год по окончании войны семью Скорых, после недолгого пребывания в Венгрии, прибило к карпатскому берегу. В ясную погоду горы поднимались синей, с волнистым верхом, стеной за Днестром, который, торопливо вырываясь на равнину из каменных ворот передового хребта, огибал южную околицу Самбора. Мал городок, да дерзок: когда-то приютил беглого чернеца Гришку Отрепьева, назвавшегося царевичем Дмитрием, и от его ложного имени бросил вызов Москве. Каменной отметиной того времени высится на высоком берегу реки хмурый костёл. Под его сводами венчался Самозванец c высокородной дурнушкой Мариной, восхотевшей царского венца.