Я с самого начала понимала, что их внешность потворствует мне. Тем не менее, я и сама была не хуже. Тот факт, что все они безупречно красивы, заставлял меня держать планку не ниже, чтобы тоже быть привлекательной для них. Но что это могло изменить? Вот почему я и не пыталась мысленно бороться со всем этим или разрушать чары, ведь мне было просто всё равно. Ну и что, что Пирс мог выглядеть гораздо уродливее, чем я видела его раньше? Это не имеет значения.
Так почему-же моё сердце так боится увидеть истинную форму Пирса? Я не хотела разрушать магию иллюзии, я хотела, чтобы это осталось моим небольшим секретом, ведь у всех должны быть свои секреты. Камбионцы никогда бы не разрушили иллюзию самостоятельно, поэтому я оставила этот факт в покое, и счастлива была бы прожить с этим.
Однако, выбора в этом вопросе у меня не было. Эта чертова игровая система, а также больной ублюдок, может быть Бог, или Дьявол, который её создал, решили взять и разрушить всё, когда я отказалась сделать это самостоятельно. Не случайно при повышении уровня мне давали повторяющиеся способности. Я не была такой наивной, чтобы подумать, что это происходило потому, что я всё еще находилась под действием иллюзий. Какая бы сила не управляла этой игрой, она жаждала, чтобы я разрушила чары и прорвалась сквозь иллюзии. Для меня это было личной проблемой, ведь кто-то намеренно пытался лишить меня счастья, и у него это получилось.
Я чувствовала, будто меня только что изнасиловали. Всё, что я хотела, это просто жить в этом мире, найти своё счастье и быть спокойной. Почему же система пыталась это предотвратить? Ненависть. Вот всё, что я чувствовала на тот момент. Это была невероятно глубокая ненависть. Эта игра, этот мир забрали у меня так много всего. Когда я очнулась здесь, какая-то моя часть думала, что я уже мертва, а это - реинкарнация моей прошлой жизни. Всё, что меня поддерживало в тот момент, это моё высокое сопротивление к психическим атакам, и, конечно же, мои железные нервы. Что им всем от меня нужно? Меня охватывает ненависть. Я ненавижу это. Ненавижу!
Занавес внезапно открылся, и кто-то вошёл в мою палату, держа тарелку и чайник, я сидела на краю кровати, на моём лице был очень мрачный взгляд. Я подняла глаза и увидела то, что стояло передо мной.
— А... Ария? С тобой все в порядке?
Это был голос Пирса. И этот голос это всё, что осталось хотя похожим на того Пирса, которого я знала. Заклинание иллюзии изменило его гораздо сильнее, чем я себе представляла. Хоть я готовилась и ожидала чего-то худшего, меня охватил гнев, и я потеряла решимость, а когда я наконец полностью осмотрела Пирса, я была шокирована.
— Так, всё-таки, они оказались монстрами... - пробормотала я под себя
— А?
К счастью, Пирс не услышал того, как я говорила себе под нос.
Всё что я могла в тот момент, это просто опустить голову. Я не могла больше смотреть ему в глаза. Пирс был в той же одежде, какой и ходил раньше, но его кожа превратилось в серую. Он был похож на гоблина, но гораздо выше. Его губы странно выступали, и у него появились очень большие глаза, которые будто бы вот-вот выскачут из его черепа наружу. Он выглядел, словно высокий пришелец из Розуэлла, только его кожа была еще более сухой и морщинистой, глаза выпирали сильнее, а черты лица еще более чудовищными. Любые сомненья в том, были ли Камбионцы какими-нибудь человеко-демонами или настоящие демоны сразу отпали. Они были просто человекоподобными монстрами, как орки, гоблины или свинолюди. Поняла я это сразу после того, как увидела одного из них. Теперь я поняла, почему некоторые бояре не хотят использовать Камбионцов в качестве секс-рабынь. Это же надо только подумать, чтобы переспать с такой страшной тварью, увидев их уродливый облик. Подумав об этом, я поняла, что в этом есть какой-то смысл. Если бы Камбионцы были хоть чуть-чуть сексуальными, не важно, в абстрактном или экзотическом смысле, люди использовали бы их как заложниц или сексуальных рабынь, чтобы удовлетворить свои потребности. Это было бы просто ужасно для камбионцев.
— А...Ария?
Пирс посмотрел на меня. Его уродливые и большие глазки, торчащие наружу, делали такое выражение, которое я могла бы принять за беспокойство, однако понять то, что он думает, было не совсем в моих силах.
— Нет... Пробормотала я под себя.
— Нет? - Пирс перевёл взгляд с меня на чай и еду.
— О... Ты имеешь в виду, что не хочешь есть сейчас? Я понимаю, что это не особо вкусно...
Он всё еще выглядел очень неуверенным. Пока я стояла, мои глаза опустились, а рука сжалась в кулак и дрожала. Какая разница в том, уродливый он или нет? Он был не намного уродливее любого гоблина в окрестностях! Когда это я стала такой меркантильной в этом плане? Да я и раньше спала с монстрами, это абсолютно никак не меняет его характер! Это не меняет личность, не меняет того, какой человек внутри. Это абсолютно ничего не изменило! Ты слышишь меня, чёртов ублюдок? Ни-че-го! Я не позволю тебе забрать моё счастье.
