– Я здесь. – Она подождала, пока Ланс не подошел поближе, и двинулась по тропе к озеру. По мере приближения к воде трава и водные растения сменялись зарослями камыша. Почва становилась все более болотистой и начинала чавкать под ногами. Луч фонаря остановился на сломанных стеблях камыша прямо по ходу движения.
Что это там, какая-то синяя тряпка?
– Надо дождаться полиции, – сказал Ланс, остановившись за ней.
– Там что-то есть. – Она сделала еще пару шагов. Желание знать внутри нее отчаянно боролось с подступающим ощущением ужаса. По мере приближения от дурного предчувствия у нее засосало под ложечкой, ноги с трудом передвигались по илистому грунту, словно чувствуя, что ей не понравится то, что она увидит.
Еще шаг вперед. Синяя ткань. Джинсовая. Рукав куртки, почти такой же, как у нее. Свет фонаря выхватил прядь длинных темных волос. Внутри у нее похолодело.
Тесса?!
Камыши накрыли ее с головой.
– Я нашла ее! – Она ринулась вперед и замерла в паре метров от девушки. Перевела свет фонаря на нее – все тело было в запекшейся темно-красной крови. Ланс вытянул руку и преградил ей путь.
– Ближе не подходи, – сказал он. – Нельзя топтаться на месте преступления.
– А вдруг она еще… – начала Морган, хотя уже поняла, что Тесса мертва. Слишком много крови.
– Нет, – мягко произнес Ланс.
Фонарь в руке Морган затрясся. Она подалась вперед, стараясь рассмотреть лицо Тессы. Все ее тело била крупная дрожь, но она никак не могла отвести глаза от прыгающего луча и того, что он освещал.
Она почувствовала жуткий холод внутри, как будто сердце накачало вены талым снегом.
Ланс встал между ней и Тессой и посмотрел Морган прямо в лицо:
– Морган, посмотри на меня.
Она уставилась ему в грудь, но воображение рисовало ей свои картины: вот Тесса роняет ключи, пытаясь залезть в машину, вот она видит, что колеса спущены, вот бежит сквозь чащу…
Кто-то преследовал ее.
И схватил у самого озера.
– Морган! – Ланс взял ее руками за плечи и осторожно сжал их. – Давай. Смотри. На меня.
Но мышцы, казалось, застыли. Ланс легонько встряхнул ее. Она заморгала и подняла глаза. Его худощавое лицо в лунном свете казалось набором резко очерченных линий и теней на бледном фоне, который показывал, что он не так спокоен, как ему хотелось бы. Она физически ощутила, как он оценивающе всматривается в ее лицо.
Неуверенным, слегка охрипшим от волнения голосом он наконец проговорил:
– Все будет в порядке.
Но она знала, что не будет, все не может быть в порядке.
Она снова посмотрела мимо него, туда, где лежала Тесса. Ее тело было чудовищно изрезано и покрыто застывшей кровью. Лицо посерело, а когда-то теплые карие глаза безжизненно смотрели в ночное небо.
Во всю ширину лба кровавыми буквами было написано одно слово –
ПРОСТИ.
– Давай назад. – Ланс увлек Морган в сторону от тела.
Одна его часть хотела поближе взглянуть на жертву, другая – бежать отсюда со всех ног. Мельком оглядев тело, он понял, что сцена преступления выглядела просто ужасно.
Впрочем, какая разница. Ему не было нужды приближаться к трупу: он больше не коп, а наряд уже в пути.
Морган дрожала в объятиях Ланса, а ее зубы выбивали частую дробь. Беспокойство за нее быстро свело на нет все мысли о себе самом. Для него эта сцена убийства была далеко не первой, а вот Морган, хоть и работала помощником прокурора, подобным опытом похвастаться не могла. Одно дело рассматривать трупы на фотографиях, и совсем другое – видеть их непосредственно на месте преступления.
Он повел ее к машине. Вытащил из багажника теплую куртку и помог надеть ее. Рукава накрыли ее руки, подол укрыл бедра.
Он, не задумываясь, обхватил ее руками и прижал к своей груди. Как недостающий фрагмент мозаики, она прекрасно поместилась в его объятиях. Несмотря на ужасную сцену у берега, эти объятия были правильными и подарили им взаимное утешение.
Морган чуть вздрогнула и проговорила ему в грудь:
– Что с ней случилось?
Он нехотя выпустил ее из своих рук и застегнул на ней куртку до самого подбородка.
– Пока рано строить теории. Можно только гадать. Давай дождемся, пока вскроются какие-нибудь факты. – Он воззвал к ее юридическому мышлению.
– Ты прав, – согласилась она. Ее голубые глаза были темны, а лицо бледнее лунного света.
Посматривая блуждающим взглядом на деревья, Морган сделала глубокий вдох:
– А вдруг он до сих пор где-то здесь?
– Сомневаюсь. – Но он тоже продолжал на всякий случай следить за окружающими зарослями. Только раз он бросил один короткий взгляд на труп: казалось, залившая его кровь потемнела и запеклась. – Подозреваю, что она мертва уже несколько часов.
Через пятнадцать минут в темноте показался свет приближающейся полицейской мигалки. Патрульная машина остановилась рядом с джипом, из нее вышел Карл. Лицо его было мрачнее тучи. На приветствия время тратить не стали, и Ланс показал Карлу тело.
– Твою мать. – Карл направился обратно к своей машине.
