Благополучие матери было для него важнее своих собственных желаний, и, ухаживая за ней, он пожертвовал многим, причем сделал это без всякого принуждения и недовольства. Он всячески хотел помочь Морган с делом Ника, и она прекрасно понимала: если у Бада не будет возможности заплатить, Ланс не отойдет в сторону. Он – человек, на которого можно положиться. На которого
Только вот сейчас было не время. Она вытянула руку из-под его руки, и сердце пронзила заноза сожаления. Все свое внимание необходимо сосредоточить на Нике и его защите, и только когда все закончится, она займется личной жизнью. Еще несколько месяцев назад она и представить себе не могла, что ее когда-нибудь сможет привлечь другой мужчина, но теперь она вынуждена признать: это случилось.
Она повернула голову и стала изучать профиль Ланса, пройдясь глазами по лицу, мускулистым рукам и груди. Ей определенно нравилось то, что она видела, и то, как отозвались определенные части ее тела, только подтверждало это.
– Что? – спросил он с недоуменным взглядом.
– Нет, ничего. – Кровь прилила к лицу, и она отвернулась.
– Отец Джейкоба не перезвонил? – спросил Ланс.
– Сейчас посмотрю. Он адвокат, так что меня ничуть не удивит, если он заставит нас подождать, просто чтобы продемонстрировать свой статус. – Морган достала телефон. – Я бы так и сделала. Когда имеешь дело с юристами, всегда начинается некая игра. Но он знает, что мы все равно направим им повестку, так что в конце концов согласится сотрудничать.
– Противно.
– Такова система правосудия. – Морган открыла на телефоне почтовую программу. – Ого! Отец Джейкоба уже ответил на письмо! Он хочет встретиться.
– Где?
– Сейчас позвоню ему. – Морган набрала номер, на звонок ответили незамедлительно. Через минуту разговор был окончен, и она опустила руку с телефоном. – Говорит, что ждет нас у себя дома прямо сейчас.
– Может быть, он не из тех, кто любит играть в игры…
– Он законник, – покачала головой Морган. – Ищет возможность сделать ход получше. Не знаю, почему, но мне от этого не по себе.
– Печально, что наша правовая система превратилась в поле для игр, – заключил Ланс.
– Так оно и есть, – усмехнулась Морган. – Я привыкла тратить львиную долю своего рабочего времени на попытки понять скрытые мотивы оппонентов.
– И тебе еще не надоело?
– Надоело, и ты даже не представляешь, как давно, – призналась Морган.
– Тогда зачем ты это делаешь?
– На текущий момент я делаю то, что нужно Нику, – ответила Морган. – Чувствую сердцем, что он невиновен. Такого со мной за всю карьеру не случалось, я всегда четко знала: человек, против которого выдвинуто обвинение, виновен. Но на этот раз все по-другому.
– Что ж, тогда мы будем работать до тех пор, пока преступление не будет раскрыто. Куда дальше? – Ланс остановился на перекрестке, и Морган показала ему адрес дома Эмерсонов.
– Это же твой район. Ты знакома с ними?
– Нет. Дедушка знает и Эмерсонов, и Палмеров, но очень поверхностно, он у меня не слишком общительный. – А Морган по возможности сторонилась людей с тех пор, как вернулась в Скарлет-Фоллз.
– Он может что-то сказать о Джейкобе? – спросил Ланс.
– Хм, у дедушки есть свое мнение по поводу всего вокруг, – хмыкнула Морган. – Но если он как-то и контактировал с Эмерсонами, то все же больше с родителями парня, нежели с ним самим. Тессу и Ника, например, дедушка знает только потому, что они оба регулярно появлялись у нас дома.
Свернув на улицу, на которой находился искомый дом, они увидели, как возле него паркуется BMW. Из машины вышел светловолосый молодой человек и скрылся внутри дома.
– Вроде похож на Джейкоба, – заметила Морган.
– Интересно, где он был? – Ланс припарковался вплотную к бордюру прямо у дома Эмерсонов. – Как будем действовать?
Она взялась за свою сумку и сосредоточилась:
– Я буду задавать вопросы и делать записи и хочу, чтобы ты наблюдал за ними обоими: выражение лица, жестикуляция, невербальные реакции. Как и в случае с Кевином Мердоком, их слова – всего лишь часть картины.
Они подошли к дому по дорожке и нажали кнопку звонка. Дом, построенный из кедра, располагался на возвышенности, с которой открывался потрясающий вид на реку. Морган полагала, что лучшего пейзажа, чем у дома ее деда, не найти, но теперь поняла, как сильно ошибалась. Дверь открылась, и горничная в серой униформе впустила их в дом, проводив к задней веранде, где за круглым столом сидели мистер Эмерсон и его сын.
У семнадцатилетнего Джейкоба было атлетическое телосложение и светлые волосы. В присутствии отца он не выказывал ни тени той заносчивости, с которой он вел себя на видео с дракой. На нем были синяя рубашка-поло, темные джинсы без всяких дырок и топсайдеры. Филлипу Эмерсону было сорок восемь, его светлые и местами седые волосы были коротко острижены, и в своих серых слаксах и белой рубашке он выглядел так, будто только что пришел с поля для гольфа. Оба они поднялись, как только Ланс и Морган вышли на веранду, а горничная отошла в сторону, не мешая представлениям и приветственным рукопожатиям.
