— Все хуже, чем в прошлый раз? — нахмурилась я внимательно вглядываясь в подругу.
— Просто читай, — удрученно ответила подруга, нервно постукивая по столешнице своим ногтем.
— Насколько все плохо? — тут же осведомилась, садясь прямее, готовясь к чему — угодно. Такой непадежной и недовольной Гренда видела нечасто, очень нечасто, и если это происходило — ничего хорошего случиться не могло.
— Это надо просто прочитать, — поспешила улыбнуться Гренда, чтобы я раньше времени себя не накрутила, но у нее получился лишь оскал.
Взяла в руки лист с такой неохотой, словно пока я не коснулась этого листочка, у меня не было проблем, а как только это сделаю — пожалею.
«Мои любимые сплетники, новый выпуск вестника снова с вами!
Ой мы так долго с вами не виделись. Целых три дня. И каких три дня. У нас столько всего случилось, а вы и не в курсе поди. Наш «принц» вернулся в страну — отличная новость для девушек. Пора доставать свои самые модные платья и прогуливаться неспешно возле его дома. Хотя там его почти никогда не бывает.
Моя вторая огромная новость — наше трио снова проявило себя. Уж не знаю чьего совета они послушали (очень надеюсь, что моего), но в субботу они побывали на традиционном приеме. А какие документы они там нашли — это целый год работы стражам и дознавателям. Но начнем по порядку.
Наш бухгалтер стал лишь пешкой, его начальник рыбка по крупнее как оказалось — именно он контролировал все средства, и именно он указывал кому и куда переводить денежки.
Наш второй фигурант — сам торговец атласными тканями. Любимчик дам в возрасте присваивал себе деньги, что должны были бы отправится в нашу казну — но это все мелочи. Таких мелких фигурантов оказалось больше десяти.
А над ними наш любимый граф, что устраивал тот самый традиционный вечер.
Эллочка, солнышко, ты теперь не связана ни какими обязательствами, а что для остальных — кто знает для кого и как обернутся эти аресты, ведь наше ТРИО разворошило осиное гнездо.
Далее новость нашего дня — наш «принц», что только что вернулся и дальних стран был замечен в компании Ады уж не знаю, как она пробралась на прием. Деточка, ничему тебя жизнь не учит. Он уже предал тебя, предаст и еще раз, выбери кого поинтереснее, а «принца» оставь тем, кому он по зубам.
Что до тех, кто читает меня за пределами академии — неужели вы думаете, что усиление охраны спасет от нашего ТРИО?».
— Что. Это. Такое? — прошипела я возмущенно. Это же надо было такое провернуть, такое написать. Кто вообще мог все это знать? Кому я того гляди сверну изящную шейку? Пришлось впиться ногтями в ладони, чтобы случайно не спалить все вокруг. Мой огонь сегодня оказался настолько чувствителен, что готов меня защищать даже от неизвестного врага.
— Вы уже читали? — появилась рядом довольная Элли и присела на свободный стул.
Только за свое отличное настроение девушка заслужила от меня гневный взгляд и ядовитый вопрос:
— Чему ты так радуешься?
Прозвучал он настолько ядовито, что многие стали оборачиваться на меня и громко обсуждать какая я вертихвостка.
— Как чему? Моего жениха теперь нет. Я свободна, — до ушей улыбалась подруга.
— Ну если только этому, — удрученно ответила Гренда, озабочено смотря в мою сторону. У меня же едва пар из ушей не валил, огонь бился о стенки сосуда и заставлял ослабить контроль. Помимо этого мне в спину стали даже тыкать пальцем. Ладно в прошлые разы не были настолько оскорбительными, по сравнению с сегодняшним. Теперь каждый студент хоть раз, но выскажет свое мнение о моем поведении. Тут же захотелось спались все вокруг снова. До сплетников мне нет дела, но постоянные шепотки раздражали.
— А вы чего такие кислые? — внимательно осмотрела Элли наши лица, прерывая затянувшееся молчание.
— Может потому что кто-то нас подставляет? — злобно ответила я и сунула ей листок в руки. — Кт-то, кто был на приеме, кто-то кто учится здесь. Кто-то кто знает совершенно все, что мы проворачиваем.
— НУ и что? — не понимала моего возмущения Элли.
— Нас так быстро раскроют и уже ничего не поможет, — пыталась достучаться до нее Гренда.
Но похоже счастье ударило подруге в голову, потому она ничего не понимала и просто отмахивалась от наших аргументов, поправляла волосы и то дело бросала взгляды, то в одну сторону, то в другую.
— Надеюсь здесь сидят трио, — неожиданно раздался громкий голос в шумно переговаривающейся толпе столовой. — Если вы меня слышите, прошу наказать моего дядю, он забрал все наследство отца себе и не был за это наказан. Дознаватели только руками в стороны разводят и смеются за нашими спинами.
— А у меня вообще все отобрали лишь потому что я еще не полностью совершеннолетняя — где справедливость.
— Меня притесняет моя мачеха — накажите ее.
— А я хочу выйти замуж, но мне не позволяют родители.
— Меня притесняют на работе, потому что я студентка. Хозяева считают, что я за любую копейку буду рада набраться опыта.
— Я хочу стать независимой, но я женщина, и не все инстанции мне разрешают открыть свое дело. Что не так с нашей системой?
