Она несколько раз встретилась глазами с Рембезом. Каждый раз он подмигивал или улыбался ей, из-за чего девушка тотчас улыбалась в ответ, закусывая губу. Диана сначала суетилась рядом с парнями, а потом убежала к стайке девушек из физмата, что как раз вывешивали на стёкла парапетов наклейки в противоположной стороне большого помещения.
Взгляд почти против воли метнулся к Гордееву. Он стоял в кучке, прилипшей к Владу с Мишей, и ржал, кажется, громче всех, то хватаясь за живот, то лупя себя по бедру от распирающего смеха. Марина нахмурилась и поспешила отвернуться.
По крайней мере, он не доставлял никому проблем. А если так, то и чёрт с ним. Просто не замечать – самое лучшее решение, поэтому Гейден так и сделала. Когда они с Юлей закончили колдовать над поручнем парапета, Марина оставила девушку помогать своим одноклассницам с ёлочкой на стене, а сама улизнула к парням.
Паша как раз собирался в очередной раз взобраться на парту, когда увидел подругу, спешащую к ним, и решил устроить перерыв, подперев бедром край стола. Егор сел рядом с ним, разведя колени и сцепив перед собой пальцы.
– Как успехи? – поинтересовалась девушка, остановившись перед Егором, который тут же взял её за руки, притягивая к себе ближе, пока она не упёрлась бёдрами в край парты, и поглаживая большими пальцами кожу на тыльной стороне её ладоней.
– С ними нам не сравниться, – кивнул в сторону Миши с Владом Паша, складывая руки на груди.
– С ними никому не сравниться, – заверила его Марина, поднимая брови и намеренно игнорируя особенно громкий взрыв смеха со стороны той компашки. Ей даже знать не хотелось, что там опять удумали эти клоуны, лишь бы только живы остались, ей-богу.
– Ну, тогда у нас всё прекрасно, – Паша широко улыбнулся, подмигивая, и Гейден рассмеялась, переводя взгляд на Егора.
Тот уставился-таки на веселящихся однокурсников, подняв в ухмылке край рта. Взгляд Марины скользнул по чётко очерченным скулам к насмешливым золотисто-карим глазам. Верхняя пуговица светло-голубой рубашки была расстёгнута, и из-за отведённого треугольника воротника виднелась одна ключица, острая, распахнутая и выразительная.
Девушка едва сдержала порыв пробраться под ткань кончиком пальца, чтобы обвести её точную линию.
Он не прекращал поглаживать кожу на её руках, и Марина невольно потянулась вперёд, скользя от его скулы вбок, к плечу, кладя на него подбородок и вдыхая в себя запах лёгкого одеколона. Егор тут же замер, повернул голову. Воображение нарисовало удивлённо приподнятые брови на выразительном лице, и девушка почувствовала, как он высвобождает её ладонь, и одна его рука ложится на её лопатку, слегка прижимая к себе, а вторая – перебирается на её запястье, мягко захватывая его в обруч пальцев.
Выдох, полный облегчения.
Марина прикрывает глаза, позволяя себе на короткое время насладиться его объятьями, её самой большой слабостью. Минутное удовольствие – и она ощущает, как тело наполняется теплом и лёгкостью таких размеров, что, кажется, им не хватит места внутри неё – настолько они всеобъемлющи и гигантски.
Но они вмещаются, девушка улыбается и елозит подбородком по шершавой ткани рубашки на его плече. А он продолжает прижимать её к себе, ладонь греет спину сквозь материал тонкой чёрной водолазки, посылая импульсы по всему телу.
И всё в этот момент кажется идеальным.
Марина открывает глаза, ловя лукавый взгляд подошедшей подруги, что стояла рядом с Пашей, который тоже прижимал её к себе сбоку, а она обхватила его руками, сцепив пальцы на его рёбрах. А ещё замечая в этом взгляде такое же колоссальное умиротворение, какое ощущала сама.
Это можно было длить вечно, и она бы длила, если бы не звонкий голос, вклинившийся в сознание, приглушённый расстоянием и гулом, что стоял в холле.
– А чего это наши самые активные там в уголке обжимаются? Команды «вольно» не было!
Марина отстранилась от Егора с катастрофическим недовольством, клокочущим за рёбрами, и отыскала взглядом говорившего, коим оказался Доронин, всё ещё свешивающий ноги с плеч Миши. Вся их компашка тут же уставилась на черпавших тепло и силы от объятий друзей, и Марина ощутила, как повернувшаяся ситуация неприятно покоробила.
– Я тебя сейчас сброшу оттуда, Влад, – голос Егора был практически ласковым, но в нём чётко слышалось предостережение. Он вновь сжал Маринины руки в своих ладонях.
– Не догонишь, Миша от тебя убежит. Да, Миш? – Доронин хлопнул товарища по плечу, и тот опасно пошатнулся, пытаясь удержать равновесие, которое на долю секунды потерял.
– Ты переоцениваешь мои физические способности, друг, знаешь? – пробормотал Гарипов, тяжело вздыхая и пыхтя, чем вызвал новую порцию смешков не только той стайки выпускников, но и других ребят, разбросанных по холлу, с интересом поглядывающих в их сторону.
