Сказка быль [СИ] полностью

   – Я так и понял. Теперь этот ход мы заделали. Зачем он нужен, если про него орки с гоблинами знают.

   – Правильно.

   – А конюха нам эльфы не отдадут?

   – Зачем он вам? – удивился я.

   – Мы его повесим за воротами.

   – Не получится. Эльфы его уже казнили. По своему. И я думаю, он предпочёл бы быть повешенным.

   – Вот как... – Староста грустно покачал головой. – А мы уж и виселицу построили. Скажите, тут слухи ходят, что орки чуть не сожгли нас всех. Но ведь это же неправда. Я то знаю, владетель был здесь за два дня до той ночи.

   Я хмыкнул. Старосте не нравятся обвинения во лжи, когда он говорит правду. А как ему понравится обвинение там, где он правда солгал...

   – А скажите, вы не узнали, что погасило все огни?

   – Был ещё один шаман... – староста сделал честный взгляд и, разведя руки, посмотрел мне в глаза, слегка улыбаясь. Именно эта показушная честность убедила меня в моей правоте.

   – Послушайте, уважаемый. Я не житель вашего доброго города. Вся моя жизнь – игра со смертью, и порой от правды зависит, кто выиграет в этой игре. Ваша ложь с третьим шаманом хороша для этого города. Но меня интересует правда, и только она.

   Староста сграбастал обоими руками свою кружку, подвинул её к себе вплотную, зыркнул по сторонам – не подслушивает ли кто, и опустил взгляд в кружку,

   – По правде, никто и не искал ответа, – заговорил он совсем тихо. – Как мы шамана показали, все и успокоились. Прошло оно и прошло. И больше не будет.

   – Жаль. Вы очень умно придумали с этим шаманом.

   Староста натянуто улыбнулся и, быстренько распрощавшись, ушёл.

   Наутро мы выехали на юг. Вокруг нас снова летали сторожевые бабочки, что и позволило нам на второй день засечь стоянку каравана в небольшой рощице в стороне от дороги.

   – Караваны стоят по ночам, а днём ходят, – изрёк мудрость гном. – Что то тут не так. – И мы решили к ним свернуть.

   Тут явно что-то случилось. Охрана нас заметила поздно, все были злые, а главный караванщик сидел с потерянным видом у костра, из его правого глаза текли скупые слёзы, а из левого нет.

   – Что тут случилось? – спросил гном.

   – Нас ограбили, – ответил один из стражей. – Наложили сонный наговор на караван ночью и ограбили всех.

   – Да что ж такое, – удивился я. – И месяца не прошло, как на материк вступил, а уж третья банда. Неужели от них леса почистить некому?

   – Пять лет... – караванщик застонал. – Пять лет водил я караван. Пять лет наживал добро. И всё, всё прахом. Что теперь оставлю детям в наследство. Отцу лекарство теперь купить не на что. Как товар продам, только со стражей расплатиться хватит.

   – Я узнаю этот след, – тихо сказал эльф и снял с края повозки длинный волос. Рыжий.

   – У вас в караване есть рыжие? – спросил я.

   – Нету у нас рыжих.

   Мы вернулись на дорогу и отправились дальше. И к вечеру нашли наших благородных разбойников. В маленькой деревушке на сотню домов, окруженной, тем не менее, высоким забором, они собирались ночевать на сеновале.

   – А надо ли вмешиваться? – пробурчал гном. – Не нас они ограбили.

   – При чём тут ограбление? – удивился эльф. – Они знают подход к Прибрежным Скалам. И гоблины их не убивают, привыкли пленников им продавать. Потому они единственные, кто могут нам помочь разобраться с этой базой орков, в трёх днях пути от Горячих озёр.

   Гном хмыкнул,

   – Об этом я не подумал. Действительно, гоблины могут знать о базе.

   – А может, – предположил я, – база прямо там, в Прибрежных Скалах?

   – Нет, – возразил эльф. – Там нет бухты для стоянки и очень много рифов.

   – Рифы можно убрать. А для стоянки в скале вырубить пещеру. Гоблины владеют магией крови, а этой магией сделать пещеру для корабля легко, как и снести рифы. Зная путь, корабли орков проходят рифы, а для других там идти – самоубийство.

   Эльф и гном задумались надолго. Мы успели подъехать к сеновалу,

   – Уважаемые, вы не могли бы подойти к нам для беседы.

   Головы благородных разбойников взметнулись над сеном, как то разом смутились и вскоре парочка спустилась к нам.

   Потом мы беседовали в местной таверне.

   – Как вы усыпили караван? Вы сильные маги?

   – Нет, господин.

   Боже, эти бандиты ещё и смущаются...

   – Вот этим, – и из мешочка вытряхивают несколько зелёных горошин. – Это сильное снотворное.

   – А в котёл как положили? – заинтересовался гном.

   – Через трубку дунул. Из кустов за 20 шагов попал.

   – Я тоже заметил, дрянь у них охрана, – соглашается гном.

   – И сонных дочиста ограбили, – осуждающе говорю я.

   – Не дочиста, господин. У кого золото было, половину взяли. У караванщика ларец с золотом взяли весь, но у него в поясе камни драгоценные. Дороже того ларца. Только гоблины золото больше любят.

   – Ну вы даёте... – только и могу сказать я. А караванщик артист.

   – Как вы у гоблинов пленных выкупаете?

   – Мы приходим в условленное место и жгём костёр. Приходит гоблин, забирает золото. Потом отпускают пленных Один пленник – 10 талантов. Мы прячемся в кустах и смотрим, как пленники уходят.

   – А первый раз как вы тот костёр зажгли?