Немного постояв в коридоре и осмыслив то, что он мне сказал, я повернулась к спальне и заглянула в неё. Андрей сидел на кровати. Локти упёрты в колени, голова повисла на плечах. Он выглядел измотанным. Ну, конечно, сначала пожар на стройке, а теперь это.
Зайдя в комнату, я подошла и встала перед ним. Он не поднял головы.
— Что там с пожаром? — спросила я тихо, прижимая руки к сердцу.
— Подозревают поджог, но жертв, славу богу, нет.
— Хорошо.
— Сильно он тебя? — спросил Андрей, подняв голову.
— Я сама виновата.
— Возможно, но это не значит, что он должен был тебя бить.
Я мысленно охнула. Ну, ничего себе!
Андрей протянул ко мне руку, и я приняла её. Не успела я сообразить, что он делает, как уже сидела у него на коленях, а он целовал мою щёку, которая болела уже меньше.
— Прости, — прошептал он, — прости, я должен был о тебе позаботиться.
— Ты не виноват в произошедшем. Кто и виноват, так это я и он. Он вывел меня, я разозлилась. И тогда я вывела его. В этом нет твоей вины.
— Но он ударил тебя, — скрипнув зубами, проговорил он. — Отец всегда говорил нам, что только трусы бьют женщин. А это значит, что мой брат…
Хлопнула входная дверь, и я посмотрела в глаза Андрею. Он также смотрел мне в глаза.
— Он больше здесь жить не будет.
— Но… он же твой брат.
— Пора моему брату повзрослеть и нести за свои действия ответственность.
Я почувствовала себя неуютно, потому что именно я стала причиной их ссоры, причём крупной ссоры.
— Не бери в голову, — будто прочитав мои мысли, проговорил Андрей и поцеловал меня нежно в губы. Его ладонь легла мне на затылок, пальцы зарылись в волосы. А когда он снова поцеловал меня, то был уже не нежен, а груб. Ему была нужна эта грубость, ему была нужна я, и я отдалась ему.
Когда он оставил мои губы и перешёл к шеи, я уже тихо постанывала. Он прикасался ко мне губами так, будто я была каким-то изысканным блюдом, которое он обожал. Мысль, что он обожал меня, согревала, и от неё я начинала плавиться. Я вздрогнула, когда его ладонь проникла под футболку и накрыла мою грудь. Он начал поглаживать холмик, периодически пощипывая сосок. Я выгнулась в его руках, и тогда он уложил меня на кровать.
Стоило мне встретиться спиной с матрасом, как Андрей накинулся на меня. Он задрал футболку мне до шеи и припал ко второй груди. Его язык и его пальцы творили чудеса. Я стонала, выгибалась, мои трусики промокли, мне нужно было больше, я хотела большего. А когда он накрыл той рукой, которой ласкал мою грудь, моё лоно, я задрожала и выкрикнула его имя.
Он гладил меня через ткань трусиков, покусывал сосок. Я думала, что просто разлечусь на осколки, но стоило мне приблизиться к оргазму, как он отступил. Недовольно захныкав, я потянулась за ним, когда он стал подниматься на ноги, но Андрей нежно пресёк мои поползновения.
— Лежи смирно.
Я заёрзала, надув губки.
— Не будь такой жадной, — усмехнулся он, раздеваясь. — Потрепи немного. Я же терплю.
Когда же он предстал передо мной полностью обнажённым, я почувствовала, как заалели мои щёки, но я не могла оторвать взгляда от его накаченного тела. Я хотела его. В какой-то степени мне было стыдно в этом признаваться, но всё же я хотела его, я хотела ощутить его длину в себе, я хотела, чтобы он любил меня.
Я закусила губу, когда он, раскатав по члену презерватив, поставил одно колено на кровать. Схватив меня за лодыжки, он притянул к себе и ловко стащил с меня трусики. Когда же он наклонился и поцеловал меня прямо туда, я охнула. Андрей перевернул меня на бок и погладил мои влажные складочки.
— Готова?
Я кивнула, и тогда он вошёл в моё тело. Выгнувшись в спине, я застонала и вцепилась в простынь. А Андрей начал двигаться. Сначала медленно, позволяя мне привыкнуть, а потом всё быстрее и быстрее.
Когда же он перевернул меня на спину и пододвинул к самому краю кровати, мои ноги покоились на его плечах. А потом он наклонился. Угол поменялся, и я застонала прямо в его губы, когда он поцеловал меня.
Толчок, и я выгнулась. Ещё, и снова выгнулась. Опять резкий толчок, и снова моя спина выгнулась дугой. И это продолжалось долго, пока нам обоим не снесло крышу. Когда же всё закончилась, я лежала на Андреи, пыталась отдышаться. Я слышала то, что он прошептал, играя с моими волосами, но я была уверена, что это было сказано в порыве чувств, из-за волшебства момента, поэтому не предала его словам значения, да и не хотела ранить себя ещё больше. Именно в таком положении мы и уснули, а лежала на Андреи, а он меня обнимал.
