Осознав то, о чем он мне говорит, я тут же попыталась вытащить иголки из своего тела. Задумка не удалась, поскольку сил хватило лишь на то, что бы шевельнуть пальцами.
— У меня не получается. Выключи это.
Пусть я ненавидела его какое-то время, но сейчас все изменилось. Сейчас я чувствую по другому. Он же мой брат, как го можно было ненавидеть?
— Нет. Я все равно покойник.
— Ты всегда был психом, но почему остальные позволили тебе пойти на это самоубийство? — говорила я.
Жутко хотелось плакать.
— Будь я на месте твоего мужа, поступил бы точно так же. Очень хитро придумано, дух зайцев одним выстрелом. Знаешь почему он не мог поймать меня на собственной территории так долго? Мне помогал Совет. Снабжал информацией и ресурсами, все что захочу, лишь бы отвлечь его внимание от кое-каких событий в Европе. При этом они даровали мне свою протекцию, ну и неприкосновенность. Вроде как я действую от своего лица, но трогать меня нельзя, поскольку очень дорог Совету. Я все равно не жилец. Назаров врагов уничтожает если не в зародыше, то по крайней мере по факту. Совету не тягаться с твоим мужем. Правда я рассчитывал выкрутиться и прихватить тебя с собой, как ни как ты моя сестра, и Совет бы визжал от восторга, получи он такую возможность нагадить Назарову. Но видно не судьба. Он начал свадьбу раньше меня.
— Прекрати называть его моим мужем, — буркнула я. — Непривычно. Кстати, как вообще происходят эти ваши свадьбы оборотней?
Попытаемся отвлечься. Это же мой брат Дмитрий, для него нормально пугать окружающих смертью. Правда на моей памяти, своей смертью он пугает впервые.
— Он тебе не сказал? — хохотнул Дима. — Невеста должна прожить в доме оборотня несколько дней. На ней должен быть его запах, что бы вся стая знала, что она отныне принадлежит именно этому оборотню. Потом невеста изолируется от Стаи, не покидая логово жениха. В твоем случае Стае запрещается подходить к будущей Хорсе. Исключение составляют приближенные, и только в том случае, когда действительно требуется их вмешательство. Потом невеста должна попрощаться со своей семьей. И в конце, Хорса вместе с Хортом должны предстать перед Стаей в одной и той же ипостаси. После этого Стая признает Хорсу.
Я похолодела. Похоже нам с Сашей предстоит серьезный разговор.
— А если есть несогласные?
— Они имеют право бросить вызов. И тогда бой. Проигравший умирает. В твоем случае, твой муж мог принять вызов за тебя. Хотя нет. Он к тебе вообще не подпустил бы недовольных. Наша общая знакомая не могла войти в поселок, но как мне сказали ты решила ознакомиться с окрестностями? Сбежать пыталась?
— Хотела развеяться.
Не желаю признаваться в собственной глупости.
— Далековато занесло, — вздохнул он.
— Что бы сделал со мной ты?
Ну интересно же.
— Да тоже самое. Ты все, что у меня осталось. Я уже говорил тебе, мы не люди, и мир мы воспринимаем по другому.
Теперь я понимала смысл его слов.
— Для чего ты мне это говоришь?
— Я успел тебя изучить, да и общая кровь сыграла роль. Хочу попросить тебя об одолжении.
— С чего ты взял, что я выполню его? — нерешительно поинтересовалась я.
— В наших течет одна кровь, причем в буквальном смысле. Да и характер у тебя другой.
— И чего же ты хочешь?
— Не дай своему мужу уничтожить мою Стаю. Тебя они примут, ты моя избранница, и сестра как ни как, он не должен почувствовать их сопротивление.
— Ты очень хорошо его знаешь — заметила я.
— Мужчины нашей семьи не сильно отличаются друг от друга, разве что глубиной своего безумия.
— Что? — опешила я.
— Саша мой дядя со стороны отца. Его старший брат. Они не очень ладили. Оба сыновья какого-то там графа, дядя Саша по молодости записался в армию, сама понимаешь, в то время к этому делу по другому относились. Попал на войну, а когда вернулся узнал, что их отец погиб, а младший брат развалил Стаю. Отце просто не мог управиться со столь большой территорией. Не дотягивал он до дяди Саши. И зачем только вызов бросил, понять не могу. Отце понимал, что не потянет вызов от Александра, вот и увел остатки Стаи. Дядя Стаю с нуля собирал. И территорию отвоевывал у соседей. Впрочем с его характером это не было такой уж большой проблемой. В нашем роду все немного психи, особенное если дело касается женщины. Отец погорел раньше.
— О черт! — рявкнула я, позабыв о слабости.
— Да, семейка у нас еще та, — закрыл он глаза.
— Эй, — позвала я. — Дим. Дима.
— Детка, я так устал. Все эти разговоры отнимают уйму тучу сил. Может, обнимешь меня, здесь довольно прохладно?
Я знала это мерзкое чувство холода, поэтому расходуя последние силы подползла к Диме и обняла его. Он был полуобнажен по старой традиции оборотней, и всевозможные трубки, торчащие из наших тел, постоянно мешались. Но ничто не помешало мне обнять брата, который оказался не таким уж монстром.
— Если бы ты как все нормальные люди пришел ко мне, и сказал, «Руська, да я твой брат. Давай дружить», я бы приняла тебя без лишних возражений, и полюбила бы как родного.
— Я оборотень, нам нравятся более эксцентричные поступки, — не открывая глаз прошептал он.
