Услышав заветное имя, Ярмонька перестал чесаться. Похлопав передними лапками по животику, дракончик заплясал на месте, повиливая хвостом. Но самое удивительное произошло потом. Откашлявшись, забавное существо заговорило по-человечески. Причем, в отличие от басовитого хозяина, Ярмоня попискивал, как мышонок.
— К Огненной Ведьме! Мы идем к Огненной Ведьмочке, Ведьмулечке! Она поможет, бедненькому Ярмонечке!
Господин Ландрин недоуменно хмыкнул, поглядывая на скачущего дракончика. Чешуйчатый хвост развеселившегося зверя гулко шлепнул по земле в опасной близости от девочки. Малышка поспешила спрятаться за спину кота.
— Что это с ним? Сюсюкает, как бесхвостый котенок, — брюзгливо проворчал Господин Ландрин. — Приступ временного помешательства?
— Сами вы помешались, — обиделся Ярмох. — Как не стыдно обижать кроху!
— Кого, кого? — изумилась Веселка.
— Кроху, лялюсика — малюсика, — надулся хозяин. — Он у нас еще маленький. Ему и ста пятидесяти нет. А драконы живут до двух тысяч лет.
— Ясно, — глубокомысленно мяукнул кот и почесался. — Ой, у меня бок свербит? А ты, Веселка, почему ногу потираешь? И котенок со щенком, как шелудивые подзаборники, чухаются. А утилизатор неугодных женихов у вас случайно не заразный? Вот что. Беру власть в свои лапы и отдаю приказ. Отряд вста-вай! Вещи в рюкзак скла-ды-вай! В колонну по одному строй-ся! Ярмох, оставь в покое зверя, становись первым. Будешь проводником. Ярмоня, ты замыкающий, а то ненароком товарищей хвостом покалечишь. Итак, левое плечо вперед, к логову Огненной Ведьмы, шагом марш!
Маленький отряд дружно потопал в сторону густого ельника и вскоре скрылся из вида. Упругая трава выпрямилась. Теперь и самому наблюдательному человеку пришлось бы сильно попотеть, пока бы он обнаружил следы новых знакомых.
В тесной комнате, заставленной старинной рухлядью, царил полумрак. Давно немытые окна плохо пропускали свет. Пахло сыростью, затхлостью, плесенью. В углах, оплетенных толстой паутиной, вольготно разгуливали пауки. На колченогом стуле стояла закопченная кастрюля, с остатками пригорелой каши. Крохотный серый мышонок дремал, угнездившись на крышке. Гора грязной посуды украшала стол, покрытый прожженной скатертью. Из консервной банки торчали окурки, и пара изгрызенных трубок. Посреди этого хаоса, на облезлом продавленном диване, восседала огненно рыжая красавица, в ветхом платье непонятной расцветки.
— Ах, тетенька, когда же вы наведете порядок? — раздраженно произнес сухощавый мужчина, брезгливо поднимая полы длинного плаща и, стряхивая на замызганный пол, клубки пыли. — Эдак, я у вас вместо веника поработаю.
— Нечего модничать, племянничек, — лениво протянула красавица. — Зачем пожаловал, если мой дом не нравится? Я никого в гости не ждала.
— Милая, я ворчу исключительно по привычке, — пошел на попятный визитер. Тонкие бескровные губы растянулись в угодливой улыбке, но глазки — щелочки, глядели холодно.
— Можешь про свой кислый характер не рассказывать, — демонстративно зевнула хозяйка. — И, потом, какая я тебе милая? Фамильярничаешь? Ох, только не вздумай хрустеть пальцами! Ненавижу! И руку целовать не надо, носом проткнешь!
Красавица лукаво взглянула на побагровевшую физиономию гостя. Острый подбородок его задрожал от обиды, длинный хрящеватый нос заходил из стороны в сторону, словно к чему-то принюхивался.
— Ну, ладно! Не сердись на старую тетку! На обиженных воду возят.
— Старуха?! — честно тараща глаза, запел племянник. — Вы свежи, как утренний бутон!
— Перестань, перестань, — замахала красавица, давясь от смеха, — Опять поссоримся! Ты, когда начинаешь говорить комплименты, делаешься похожим на шавку. Так же юлишь. Жаль, хвоста нет, а то бы повилял. Хотя, это исправимо. Хочешь, поспособствую по-родственному? Да, не хватайся, чудак, за мягкое место! Не стану колдовать. Совсем разучился шутки понимать!
— Вы, тетенька, никак не угомонитесь, — силясь скрыть досаду, хихикнул гость, — Все такая же озорница.
— А почему бы и не пошалить? — внезапно посерьезнела красавица. — Кстати, твоя приемная мать, моя несчастная сестра, тоже любила повеселиться, пока в один лихой день, не нашла в лесу двух сироток: тебя, Уксус и твою сестрицу Горчицу. Чем эта благотворительность закончилась, надеюсь не надо напоминать? Бедняжка не вынесла ваших подлостей и превратилась в огненный столб. И не вздумай лепетать о чистоте и невинности. Меня не проведешь! Говори, зачем явился. Только правду. Без глупостей о внезапно проснувшейся родственной любви.
— С деловым человеком и поговорить приятно, — мгновенно отбрасывая любезность, проскрипел племянник. — У меня возникли проблемы, и, я настроен, разделаться с ними как можно быстрее. Вы сами предупреждали тетя, что проблемы обладают гадкой особенностью. Стоит их, хоть на секунду, оставить без присмотра, как они раздавят.
