В отчаянии Ричард выпростал из кошелька кинжал, коему повезло не остаться в комнате коварной леди, подцепил им щель между дверью и створкой и всем телом рухнул на рукоять. Тщетно — только звякнул об пол выбитый ударом клинок.
Дверь уцелела, разве что остался длинный след от лезвия — точь в точь, как отметины от зубов монстра рядом...
'Или это были не зубы?!' — молнией пронеслась в голове догадка.
А позади уже слышалось тяжелое дыхание кровожадного монстра!
— Вот блин, — Ричард обернулся и с тоской посмотрел на огромную черную тушу.
Распахнув огромные крылья, дракон неспешно приближался, с гастрономическим интересом присматриваясь к человеку.
— Паладины не сдаются! — Рыкнул храбрый герой, подобрал кинжал с пола и набросился на монстра. И каким-то чудом уклонился от острых, как лезвие, когтей! Прокатившись кубарем, прорвался под кожистыми крыльями чудовища! Еще рывок — и свитый будто бы из самой тьмы хвост пронесся над головой! Свобода — вот она, за решительным рывком! Всего усилие — и тело стрелой вылетает из пещеры людоеда, на простор, на свет, к жизни!
'Поздравляем! Вы получили прибавку к ловкости!' — отреагировала игра.
— Спасибо, — шмыгнул слезинкой радости Ричард, прочитав лишь первое слово.
И тут же с новыми силами побежал вниз по склону — потому что за спиной разъяренно ревел дракон-людоед!
***
— Арчи, ты чего его отпустил? Опять аппетита нет? — Сочувственно обратился к дракону Эбер через распахнутую дверь в 'комнату принцессы', деловито собирая разбросанные по полу ценности и аккуратно раскладывая на постель.
Черный дракон, развалившийся всем телом на полу пещеры, что-то грустно проревел, вглядываясь в линию горизонта.
— Опять со своей поругался, да?
Дракон только тяжело вздохнул, чуть пошевелив кончиком крыла.
— Дело молодое, помиритесь! — подбодрил он черную тушу, с удовольствием возвращаясь к добыче. — Так, сет 'Сияющего сокола', правда, без перчатки, — осмотрел ценности гном, поправив сбившуюся на бок фату. — Не самый лучший выбор паладина, конечно. Зато сережки и подвески какие, ты глянь! Легендарные, тысяч на сорок потянут! Да ты посмотри! Знаешь, сколько мяса можно купить на твою долю? Двадцать! Нет, сорок килограмм!
Дракон даже морду не повернул.
— Да не держи ты в себе, расскажи, что случилось.
Гном вышел из комнаты, подошел к морде слева и аккуратно — чтобы не запачкать белое платье, присел на лапу.
Арчибальд прогудел что-то жалостливое и тряхнул ухом.
— Ага. Ты ей единорога принес, а она что?
Дракон тоскливо выдохнул, положив голову на каменный пол.
— Она его съела?! Ай-яй-яй! — Покачал головой Эбер, сочувственно похлопав дракона по лапе. — А когда, кстати, съела?
Дракон фыркнул и чуть царапнул каменный пол когтем, рисуя две стрелки.
— Вчера в двенадцать? Так, значит через пару часов он оживет, все будет нормально!
Арчи насторожил ухо.
— Точно тебе говорю! Кстати, очень удачно все сложилось. Сегодня Тасья с Лео хотели репетицию свадьбы провести. Единорог как раз к вечеру понадобится. Тебя тоже пригласили — там такая очередь в храм, что проще разогнать. Наденешь свой доспех, полетаешь, развеешься!
Черный ящер фыркнул с явным довольством и даже чуть потянулся крыльями, словно разминаясь.
— Но это чуть позже, — осадил его Эбер. — У нас еще один клиент в десять пятнадцать, — и заметив налет недовольства, тут же добавил. — Вкусный!
Оглядев напоследок комнату 'плененной принцессы', гном спохватился и подошел к постели, чтобы буквально зарыться носом в алые лепестки. Довольно странное со стороны поведение легко объяснялось волшебством запаха, выделяемого растением — всякий, кто его чувствовал впервые, впадал в настоящий транс любви, двигаясь к тому, что увидел при первом вздохе. И чем дольше было воздействие или гуще аромат — тем сильнее воздействие, вплоть до потери всякой воли. И если 'спасители' принцессы получали небольшую дозу, достаточную для уровня легкой влюблённости, то при длительной работе 'принцессой' в обязательном порядке требовалась прививка. Эбер еще раз с силой вздохнул аромат лепестков и тут же перевел взгляд на сияющий, крупный золотой в правой руке. Золото гном обожал безо всякого волшебства.
Воистину, чудесное растение! Если не задумываться, что куст с крайне редкими зачарованными розами с некоторых пор произрастал в желудке черного дракона. Это, разумеется, слегка нервировало, если задуматься, но с виду смотрелось весьма мило — особенно, когда Арчибальд откашливал заветные лепестки.
— Действуем, как обычно: услышал крик — прилетай. — Эбер напоследок похлопал Арчибальда, вышел из пещеры, снял туфли и принялся деловито спускаться по еле заметной тропинке на другую сторону горы. — На ла-бу-те-нах и в восхитительных штанах... Пам-пам...
