В стихотворной сказке рассказывается о народном промысле по изготовлению саратовской глиняной игрушки. Главная фишка книги состоит в том, что её автор является мастером-игрушечником. А мастер знает, о чём говорит.
Расскажу я вам, ребята,
Про старинный град Саратов,
Про седую старину,
Про историю одну,
Что близ города случилась.
К счастью, худшее забылось;
Я об этом не тужу,
А что знаю, расскажу.
Славный город на реке;
Чудный город вдалеке;
Купола церквей в лазури;
Волны в берег бьют как в море;
Волга – русская река
Расплеснулась, широка;
Стру́ги* на стрежне́, как в сказке;
В них гребцы, на лбах повязки,
А на месте у руля,
Сам купец – Гвозде́ц* Илья.
Прируливши струг к причалу,
Идут в город поначалу́,
На базар, в толпу людей,
Чтоб увидеть знахаре́й*,
Что расскажут им о граде,
О традициях, обряде,
Кто вельможа, кто купец,
А кто просто удалец?
Впереди Гвозде́ц идёт,
Что и как – всё дознаё́т.
Вдруг, откуда не возьмись, –
Перед ним слепец явись.
Весь седой, потухший взгляд,
На одежде сто заплат.
Поводырь* – в лохмотьях,
малый,
Семилетка, исхудалый,
Поклонился Гвоздецу,
Тянет за руку, к отцу.
Подойти к слепцу он просит,
Тот сказать чего-то хочет.
Подошёл Илья: «Что надо?
Что за странная отрада –
Честно́й люд вокруг ловить
И им головы мутить!?»
А слепец, отставив палку,
Говорит, стянувши шапку:
«Не серчай, купец, напрасно;
Над тобой, пока всё ясно…» –
«Что такое? Говори,
И словами не сори!» –
Рассердился тут Илья.
«А вот сердишься ты зря,
– говорит ему слепец, –
Ты – Илья, зовут – Гвоздец.
Берегись, поделка эта,
Может сжить тебя со света;
Дева красная за ней,
А за девой – лиходей*.
Всё сказал тебе, ступай,
Где и как, что?.. примечай».
«Вот чудак,– Илья подумал,–
Эвон же чего придумал;
Деву красную приплёл;
Лиходея где нашёл?
Как зовут, глядишь ты, знает,
Хотя первый раз встречает;
Что за странная поделка?
Видно, сущая безделка…
Тьфу, ты!.. Вот народец дрянный;
Так и лезет окаянный,
Чтобы воду замутить
И меня, купца, смутить».
* * *
Лихачи* – народец бравый:
«Вас куда – трактир, управа?
Говорите, вмиг домчу,
Лихачам всё по плечу».
Кони – звери, кони – птицы;
Коренник* коси́т глаза,
Бьёт копытом – чудеса.
К тройке наш купец подходит
И такую речь заводит:
«Вижу – ты ямщик бывалый;
Мне бы дворик постоялый;
Да хозяйку пошустрей,
Поопрятней, помилей.
Не обижу – слово гостя;
Как зовут тебя-то?» – «Костя».
«Ну, так вот что, Константин,
Мне подарок бы один
В этом городе купить,
Чтоб царице подарить,
А другой – тот для себя,
Чтобы помнилась земля.
Чем гордится этот край?
Если знаешь – отвечай.
Может ткачеством богаты?
Иль вязаньем тороваты?
Может шлеи*, может дуги
Ваши ценятся в округе?
Или донца* нарасхват?
Знаешь лучше меня, брат».
Константин ему в ответ:
«Вот тебе, купец, совет –
Нет, не дуги и не донца,
И не кружева в оконцах
Застят всем приезжим свет,
Не диковинный браслет;
Хотя есть и то и сё,
Но, однако, то – не всё.
Есть в округе мастерицы,
С ними можно ли сравниться?
Сам увидишь и поймёшь;
Дело – глаз не отведёшь.
Есть близ города селенье,
Там в народе увлеченье –
Глины до́бычу ведут,
И её с водою мнут.
А в селенье том девицы –
В глинном деле мастерицы;
Пальцы дев тонки, ловки;
В подмастерьях – мужики.
Мужики им глину возят,
И водой её разводят;
Долго мнут её потом,
Бьют её ещё дубьём,
Водой после обрызну́т,
И в дерюгу завернут,
А потом ещё, как знать,
Спустят в яму отдыхать.
После долгого лежанья,
Несут глину на свиданье;
Мастерицам показать,
О готовности узнать.
Ну, а эти мастерицы,
С глинкой чтобы породниться,
В руки белую берут,
Щупают, катают, мнут,
Улыбаются счастливо –
Глинка вышла просто диво,
Под навес они идут
И на стол её кладут.
Ну, а стол – смущенье ока,
По столу тому с далё́ка,
Скачет тройка во весь мах,
Вот она уж в небесах;
Оттолкнулась от стола,
Прямо к облаку взмыла́?
Тройка по небу бежит,
Коренник глаза коси́т,
Топчет звёзды копыто́м,
И роняет их притом;
Звёзды наземь опадают,
Но совсем не пропадают;
У изделий на главах,
Размещаются во лбах;
Что ни звёздочка – то ямка;
В ямке – вычурная рамка;
Луч в ту ямку упадёт –
Ямка светом изойдёт;
Брызнет я́хонтом в глаза;
Следом тут же бирюза;
Сотни искр взлетают ввысь,
И она горит, кажись.
Ну, а дальше – сам с усам;
Будешь там, увидишь сам».
«Как увидеть это диво?–
Гвоздец молвил торопливо,–
Правь туда, я заплачу,
Купцу это по плечу».
Ну, а кучер рад удаче:
«Эй! Пошли с дороги, клячи!
Едет сам Илья Гвоздец,
Первой ги́льдии* купец!».
Кони сильные, с напором,
Рвут гужи* и тянут в гору,
Обходя тяжёлый воз,
Бабушкин* минуя взвоз.
Говорит купцу лихач:
«С вас за скорость – спотыкач*.
Чтоб не делать крюк двойной –
Мы заглянем на Сенной;
Там бывает диво это,
Чтоб не колесить по свету».
Наш купец в ответ: «Давай!
Куда надо заезжай.
Ты найди, чего ищу –
С лихво́й* даже угощу».
Городу купец дивится;
Тройка по Московской мчится;
Вот свернула на Сенной,
В городе базар такой.
На Сенном в толпе смятенье –
Сам купец в рядах – везенье;
Купит всё, что приглядит;
С кошелька деньгой сори́т.
Много, долго ли ходили –
А что надо не купили.
Нет товара – вот дела,
Раскупили… «Не беда,–
Говорит ямщик купцу,–
Восемь вёрст, что молодцу́!
Отвезу вас в то село,
Раз с прилавка всё смело;
Купим сразу с пылу, с жару,
Чтоб не шляться по базару».
Тройка по полю летит,
Коренник глаза коси́т;
Пыль взлетает за пролёткой*;
Кони резвые в охотку
Отмахали восемь вёрст,
Будто ими правил чёрт;
Чёрт, не чёрт, а наш ямщик
