И вот наступило время обряда - рассвет. Жениха и невесту препроводили в старый храм, оборудованный еще далекими предками. В старой каменной пещере "молодых" ждал жрец, который и должен был заключить брак. В центре пещеры выложен костер. На краю кострища стоит чаша с молоком. Елена и Джастин, закутанные в серые ткани, с ног до головы, встают на колени перед чашей. А жрец, облаченный в черные одежды, кинжалом делает надрезы на ладонях брачующихся, и алые капли освещенные пламенем стекают в чащу. Затем, жрец обмакивает кисть в полученной смеси и ставит знаки на лбу, руках, ногах молодых людей. Но и здесь Елена не увидит мужа, из храма она должна уйти первой, и только после уйдет ее муж. Его она сможет увидеть и коснуться, только после заката Сияющей Звезды. Чего сам Файер ждет с нетерпением...
******
- Как он посмел? Да, если бы не я и мой отец, не видать бы ему трона! Что случилось с тобой, друг мой любезный? Власть почувствовал? Ну, погоди, я тебе устрою, и власть, и фавориток замызганных. Как он мог привести на спальное ложе, эту!?!?- Под шелест юбок, идя по подземному тайному переходу, всхлипывала юная королева. Она знала, здесь, ее точно никто не услышит.
- Нужно срочно связаться с Эваном, он мне должен, поэтому не посмеет мне отказать,- рассуждала она вслух.
Еще пара шагов. Виден свет, просачивающийся через щели, старой, изрядно потрепанной, деревянной калитки. Открывая калитку, невольно становишься свидетелем визгливого скрипа, который эхом возвращается из подземелья, и в эти мгновения тебя окутывает всепоглощающий ужас, но это лишь на мгновение. За этой невзрачной калиткой, открывается вид на самую шумную улицу города ФорЛем. Самую шумную и самую забытую. Эта улица живет отдельно от города. Здесь свои законы и каждый судья. По ней не ходит местная знать, здесь обитает нежить, которой так боится вся столица. Королева знает, ее никто не будет здесь искать. В сером потрепанном плаще с капюшоном, из-за которого едва заметны синие заплаканные глазки, она смело двигается к скромной деревянной постройке на краю улицы. Ее выдает только шуршание многочисленных юбок, и их объем, объем который плащ совершенно не может скрыть. Она поняла это только после того как, на нее стали поднимать взгляды, и оборачиваться, те, кого и врагу не пожелаешь встретить. Но страх был слабее ревности, и она бежала по темной ночной улице, ее сердце прожигала боль, которую как она думала она не познает никогда.
***
-Ммм...Как же болит моя голова и этот свет он словно режет глаза...Стоп! Какой свет?- С этими словами королева резко поднялась, и тут же опустилась обратно, боль... Нестерпимая боль во всем теле. Ее стоны прервал звук открывшейся двери и шаркающие шаги. Королева Елена попыталась открыть глаза, чтобы разглядеть вошедшего. Вошедшим, а точнее вошедшей, оказалась женщина средних лет, в сером платье с белым передничком, и в тон ему чепчике, под который спрятаны волосы. В руках у посетительницы Елена заметила поднос, на котором громоздились чашки разной величины. Из чашек исходил пар, и комната, очень быстро наполнилась ароматом съестного.
- Очнулась, милая? - защебетала женщина - Хозяин распорядился о том, чтобы вас накормили и вымыли. Подойдя к кровати, она села на табурет и медленно уверенными движениями начала потчевать королеву с ложечки. Конечно, Елена попыталась возразить, но тело не слушалось и ныло от боли. И она сдалась, послушно открывая ротик, при каждой поднесенной ложечке. Во время трапезы Елена обнаружила, что находиться она в маленькой комнате с белыми стенами и деревянным полом, в которой находится лишь кровать, на коей она лежит и табурет подле нее. Окно в комнате было лишь одно, шторы из хлопка темно- синева цвета. Белье на постели тоже было из хлопка, но более светлого оттенка, нежели шторы. "Продумано, и без лишних затрат. Скромно, но со вкусом" - думала королева, проглатывая очередную порцию бульона. "Хлопковые ткани отличаются прочностью и износостойкостью, а так же плотностью ткани. При свете в комнате, ночью скроет даже силуэты присутствующих от любопытных глаз прохожих."
