Незаметно пролетели ещё несколько лет. Вирго много времени проводил с Бреннаном, впитывая, как губка, огромное количество информации. Ещё совсем недавно драконы для маленького мальчика являлись обычной детской сказкой, которой родители пугали несмышлёных младенцев, пытаясь образумить и чему-либо научить. Но теперь перед Вирго раскрылось столько тайн, что просто дух захватывало от их непостижимости.
Мальчику скоро должно было исполниться 7 лет, и он с нетерпением ждал заветной даты. Вирго уже умел превращаться в крошечного нежно-голубого дракончика с тоненькими кожаными крылышками. Он даже почти научился выпускать огонь. Правда, выглядело это очень презабавно: из его горла плавно выходила горячая золотисто-рыжеватая струйка пламени, но секунд через пять это почти волшебное действие обидно прерывалось жалким чиханием, от того, что уж очень было щекотно во рту. А потом он и вовсе начинал икать, забавно подпрыгивая на месте.
Вирго с тихой безнадёжностью пытался поскорее научиться правильно выпускать огонь, потому что Лаврус, которого он считал своим старшим братом, уже начал злобно подшучивать над неумелым дракончиком. Ведь самому старшенькому удавалось удерживать вполне ровное пламя, чем он не упускал случая похвастаться.
Родители решили и своих сыновей переселить в “тайное место”, – так они могли быть уверены в их безопасности. Да и Бреннан имел возможность обучать троих маленьких дракончиков одновременно.
Хоть Лаврус и отличался своей горделивостью и заносчивостью, Вирго был рад обществу – три брата были приблизительно одного возраста и имели возможность предаваться детским забавам. Правда, Нервус как-то больше нравился мальчику. Средний брат был пухленьким и немного жадноватым, но у него было доброе сердце, которое ещё больше оттаивало, если его угостить любимыми сладостями. Так как Лаврус прикалывался над своими родственничками, называл одного “неумехой”, а другого – “пухликом”, поэтому Вирго с Нервусом как-то сдружились. Средний брат даже иногда предлагал Вирго конфету, когда старший снова брался за своё, потешаясь над младшими. Такой жест со стороны Нервуса был сродни принятия в семью…
Воспитание маленьких драконов по большей части легло на плечи Миры, чему она была несказанно рада. Замок был наполнен звонким детским смехом, что поднимало настроение даже самому угрюмому и опечаленному взрослому, отвлекая от плохих воспоминаний и даря надежду на лучшее. Жаль только никак не удавалось исправить скверный характер старшего мальчика, который был сам себе на уме и не поддавался ни на какие уговоры. Он почему-то считал, что если он – сын старейшины, то ему всё позволено. Мире даже как-то не верилось, что у такой замечательной женщины, как Аскария, мог быть такой сын, как Лаврус.
Жена старейшины раз в неделю прилетала навестить мальчиков, принося с собой гостинцы – все трое детей очень ждали этого момента. Маленькие дракончики наперегонки взлетали в воздух навстречу своей любимой маме, по которой так скучали. Даже Вирго считал Аскарию своей второй мамой, так как она эти несколько лет его жизни заботилась о нём и о его родной матери, став для него по-настоящему близким человеком. Аскария же в свою очередь относилась к новому члену семьи, как к родному ребёнку, даря столько же любви и заботы, как и родным детям.
Мира всегда восхищалась красотой драконьего полёта. Детишки много времени проводили в воздухе, весело кружась в облаках вместе с Аскарией, либо с Бреннаном. Женщине иногда даже снилось, что она парит в небесах вместе с ними, ловко рассекая воздух и приводя его в движение своими крыльями. Ей, конечно, нравилось быть человеком, но ведь перед ней никакого выбора никогда и не стояло.
В её присутствии все старались поскорее принять человеческий облик, чтобы она не чувствовала неловкости и какой-то отстранённости. Если, конечно, старший дракон не обучал малышей каким-то новым, несомненно, важным навыкам.
Мире нравилось наблюдать за тем, как Бреннан возится с детьми; он вообще ответственно подходил к любому делу – малыши не были исключением. Женщина восхищалась заботливым и очень внимательным драконом. Мира с благоговением наблюдала за плавным уверенным полётом Бреннана. Его кожа в солнечных лучах красиво отливала волшебным лиловым цветом.
Бреннан регулярно улетал на охоту, принося добычу Мире, которая потом готовила из неё вкусную еду. Вечерами они все вместе собирались на семейный ужин; детям очень нравилась стряпня Миры, особенно Нервусу, который половину всего времени, прожитого в замке, провёл на кухне, втихаря стаскивая очередное лакомство. Вдоволь насытившись, дети выбегали на воздух и обращаясь взлетали ввысь, проводить заходящее солнце.
