Эта книга – сказочные приключения 11-летних девчонок, Эли и Люси. Всю свою жизнь они прожили в одном славном старом городе. Правда, попали в этот город они очень странным способом – когда были крохотными малышками, их неизвестно откуда принес огромный воздушный шар. А потом они выросли, весь город их любил, и все в их жизни было хорошо… пока однажды утром к ним не притопал жутко злой великан, он тащил за шиворот девушку невиданной красоты. Тут все и началось! «Сказка о сказке» – большая книга, сказочный роман, в который вплетены две темы. Одна – мечта о повторении, о втором шансе, о возможности исправить ошибки, сделать по-другому. Вторая – об искусстве творить обыкновенные чудеса, видеть волшебное в обычном. Оказывается, это очень мощное средство в борьбе со сказочным злом.В первый том вошли 2 первые части приключений Эли и Люси.
Дорогой читатель, вы сейчас держите в руках аудиокнигу. Да, не удивляйтесь, этот текст появился при попытке озвучить «Сказку о сказке» – которая, несмотря на опечатки и несовершенство текста, полюбилась многим читателям, спасибо за каждое доброе слово в отзывах. Кстати, в одном из них мне посоветовали разбить сказку на два тома, это была хорошая идея, «…иначе книга кажется непривычно большой…»
Наверное, писатель с хорошо развитым внутренним критиком редко остается доволен на все «сто», редко пляшет с криком: «Ай, да Пушкин…» Но мне пришлось испытать саморазочарование (не первое, впрочем, и, надеюсь, не последнее), когда я попытался озвучить сказку. Вдруг оказалось, что в ней половина слов – кривая, а другая половина – лишняя. Вдруг оказалось, что ритм и перекличка слов гуляют так, как им хочется, а не так, как хотелось бы мне. В общем, все было «не так и не то»: когда читаешь глазами, не замечаешь очень многих интересных вещей, а когда читаешь голосом почему-то замечаешь их сразу. И потому пришлось работать: с голосом, микрофоном, записями, в хорошем смысле – прослушкой, фильтрами шума и прочей технической «мишурой». Но в этой работе слова начали потихоньку поддаваться дрессировке, лишние уходили, кривые исправлялись или оставались кривыми, если их кривизна хоть как-то играла. Вернее, играла так, как надо.
Все изменения коснулись только стиля, сюжет не пострадал и практически не изменился. Так что новое издание будет интересно тем, для кого игра слов и смыслов имеет хоть какое-то значение. Ради этого придется немного потерпеть, пока идет «аудио-обработка» второго тома (в первый вошли две первые части приключений Эли и Люси). А для тех, кому игра слов не слишком важна, остается «каноническое» издание, все три части в одной книге.
I
В тот ранний час все колокольчики в старом городе молчали, а один – не молчал. Это был очень бойкий колокольчик, бронзовый. Лет десять назад, чуть больше, его выковал Лео, лучший кузнец во всём городе. Все просили его сделать самый чудный колокольчик на свете, с удивительным нежным перезвоном. Кузнец был неробкой души человек, но весёлый, и в работу вложил всю душу. Вот и колокольчик получился нежный, весёлый и неробкий. Потому и позвякивал он в ранний час, когда другие молчали.
Вы, наверное, догадались, что такой чудный колокольчик должен был висеть у дверей необычного дома. Так оно и было. Домик этот был не просто домиком, это был кофик – маленькое кафе. Маленькое, но не простое. В городе этот кофик знала каждая кошка и каждая собака, каждый ребенок и его родители. Все его любили и знали. А почему – хм! Скоро сами поймёте.
Бойкий колокольчик – он висел в центре старого города, а кофик там стоял, в самом центре, почти. Вот если бы кто превратился в птицу и поднялся высоко-высоко, он бы увидел, что сверху город похож на круг, круг этот неровно делит река, а посередине круга лежит большая площадь. На краю площади стоит ратуша, напротив неё – домик, тот самый домик или кофик, про который вы уже знаете. Вот и получается, что колокольчик тоже висел в самом центре. Почти.
Впрочем, это не так важно: ведь с высоты смотреть – не много увидишь. С высоты колокольчик казался маленькой точкой, а сам кофик был похож на зелёный квадратик, не больше, не лучше. Но на деле всё было не так. Вот если бы кто перестал быть птицей, спустился с высоты и попал на городскую площадь, он бы сразу увидел много чудесного. Много! Для начала весь кофик утопал в винограде. Перед домиком стояла высокая ограда из цветных деревянных плашек, по этим плашкам вился дикий виноград – такой густой, что его листья закрывали всю площадку и половину домика. А по виноградным стеблям ловко прыгали настоящие белки, рыжие, с чёрными подпалинами. Скажите сами: в городах такое нечасто встретишь.
А ещё в этом кофике были самые вкусные бутерброды – самые вкусные во всём городе, и лимонад тоже был самым вкусным, и пирожные, и кофе. Конечно, все этот кофик любили. Когда на улице было не холодно, дождь не шёл, гости устраивались под виноградными листьями на площадке перед дверью – на площадке из больших каменных плит. Там было так уютно! Ведь виноград над оградой рос и рос, и свивался в огромный зонтик, под которым и в самую жару было не жарко.
Кстати, назывался старый город просто – Птибудошт. И кофики в нём тоже как-то назывались. Там был кофик «Васильковый», был «Уютный камин», «Райский уголок», «Вишенка», а ещё – «Диванный», «Синий», «Радужный», и ещё – совсем странные «Буриме» и «Макинтош». Но наш кофик никак не назывался, у него даже вывески не было. Правда, над дверью и под крышей были написаны какие-то слова, только их никто не мог прочесть:
