Дорогая Маша, не буду утруждать Вас описанием многоцветия сказочного действа, свидетелем которого я была на протяжении пяти долгих дней. Тем более, не пройдет и года, как Вы сами станете свидетелем добровольного человеческого помешательства.
А сейчас…
Представьте себе ежесекундно рассыпающиеся и вновь рождающиеся картинки искрящегося всеми красками мира калейдоскопа. Суматоху, смех, непрекращающиеся антрепризы, буффонады и пантомимы бессмертной комедии Дель Арте, сопровождающие гостей города начиная со Славянской набережной, продолжающиеся под кружевными арками дворца Дожей на Пьяццо Сан Марко и заканчивая рынком у моста Риальто. Хитрый проказник Арлекин, дурак и прохвост, под руку с Пульчинелло незлобиво задирали похожих, вовлекали их с импровизированные сценки, смешили, а потом милостиво позировали для фотографий. Своенравная Коломбина прохаживалась под руку с венецианским купцом Панталлоне в сопровождении умного слуги Бригеллы. На каждой улице менялись труппы, персонажи и костюмы, смысл разыгрываемых сценок, так что постепенно я потеряла нить каждой из увиденных пантомим и клоунад. Звуки музыки, гитар, мандолин, виол и скрипок слышались из каждого переулка старого города.
И на фоне лицедейства клоунов существовали Великие Маски, стоящие отдельными группами, парами или в одиночестве. Как посланцы другого, далекого, параллельного мира, выходцы из края сказок и снов. С удовольствием позирующие, замирающие на время фотосессии в грациозных позах, словно величественные статуи, молчаливые гонцы потусторонности, снисходительно наблюдающие за нами сквозь миндалевидные прорези и хранящие Вечную и никем неразгаданную Тайну, скрытой под фантастическим ликом.
Находясь с Гаем, я ловила себя на мысли, что практически не слышу мыслей окружающих меня людей, не плыву по волнам их настроений, все мои эмоции и чувства были сосредоточены лишь на нем, все энергетические линии замкнулись на ауре нового знакомого. Словно его волшебная бамбуковая трость, прикоснувшаяся к руке, превратила меня в совершенно другого человека. По отношению к внешнему миру я стала обычной женщиной, какой мечтала быть всегда. Он подобно фильтру глушил проявления тонкого мира, был их естественной преградой на пути к моему сознанию. Я наслаждалась покоем, тишиной и возвышенным чувством полета, царившем в восторженной душе. И еще я влюблялась в него с каждым днем все сильнее.
Этот странный человек становился все ближе и желаннее. Пасьянс складывался.
Он познакомил меня со своей Венецией, годами исхоженный им, открывшей все тайны. Горбун Риальто, навеки застывший на берегу канала, символизирующий мрачное Средневековье, Гай похлопал его по плечу как старого знакомого и что-то прошептал на ухо. Замысловатые мосты, спрятавшиеся от туристов среди полу разрушившихся кварталов, с полусгнившим фундаментом, заросшим водорослями. Один из них был особенный и носит название Моста Чудес, в честь волшебного чувства, что внезапно испытал юноша к скромной, некрасивой девушки с сердцем королевы. Тайными тропами Гай водил меня по маленьким, притихшем в февральском влажном сумраке кампо и кампиелло, площадям, среди затерянных кварталов, куда не ступала нога досужего туриста. Петляя в лабиринте улиц, мы добрались до дома блистательного сердцееда Джакомо Казановы и пересели на катер, чтобы увидеть ужасающий палаццо Дарио, завершающий особую коллекцию Гая, дворец, убивший всех своих прежних владельцев. Необыкновенной пугающей красоты заколоченный пустой дом с зеркальными арочными окнами, в которых отражались проплывающие мимо вапоретто и снующие по Гранд Канале гондолы. По слухам его нынешний хозяин, богатый американец продался дьяволу и лишь поэтому до сих пор жив, как бы то ни было — ни одна живая душа не осмеливается поселиться в нем, ставни прочно заколочены, дом необитаем…
Светлейшая Венеция полна неразгаданных тайн… Гай Лендол был одной из них.
Мы могли разговаривать обо всем и ни о чем, потому что уже знали ответы друг друга. Такой тонкий контакт существовал у меня лишь с Ириной, а теперь ее место занял прекрасный незнакомец, о котором я к вечеру третьего дня знала почти все… Или, почти все, кроме одной страшной тайны, спрятанной в черном ящике Пандоры в самых дальних переулках его души, секрета, разгадав который можно проститься с рассудком.
