Но время порой бежит, порой не торопится, да в любом случае на месте не стоит. Легкий бриз принес с околицы крик первых петухов. В небе облака, и кажется, что луна по ним бежит. И будь Малцаг сейчас один, с легкостью убежал бы. Теперь он не один. И это не балласт, это теперь единственно родные люди, и с ними он должен все делить, главное, за собой вести. Но куда — пока не знает. Да по инстинкту воина чувствует, что в воздухе витает напряжение, развязка близка, и как знак — звук приближающейся повозки. Но это не Шадома, он не чувствует ее. Однако калитка скрипнула, и медленно протиснулось огромное тело администратора. Раздражая нетерпение Малцага, евнух долго и тщательно протирает платком вспотевшую голову и тонким голосом заводит:
— Даже не знаю, с чего начать, — тяжело дышит он, — с плохого или с хорошего.
— Начинай с плохого, — пытается быть хладнокровным Малцаг.
— Шадома дура, — сходу объявил администратор. — Надо было, вновь девочку увела. Небось здесь, — он кивнул в сторону дома и, чуть погодя: — Управляющий «Сказки Востока» ее бы не тронул, в нее был влюблен. Да хозяин, Бочек, здесь, донесли. Шадома в подвале, никто не спасет.
— Говори о хорошем, — тверд голос Малцага.
— Погоди, я о плохом еще не кончил. Вы не рассчитались со мной.
— Молчи! — резко урезонил администратора Малцаг, вплотную придвинулся, так что чувствовал его твердый живот и, бешено сверкая глазами: — Наш уговор — двести золотых за Шадому.
— Я не виноват, — попятился скопец.
— Но этот дом ты заполучил и большую часть денег тоже. Спасай ее, не то все вместе загремим в подвал.
— Это немыслимо, невозможно. Я простой администратор, но ни управляющий, ни даже сам глава города ничего не сделают: Бочек здесь — всё. Хотя бы вам надо бежать, детей спасать.
Этот аргумент веский.
— Как бежать? — чуть мягче стал тон Малцага.
— Хе, вот это хорошая новость, — в свете выглянувшей луны видно, как расплылось и без того широкое лицо администратора. — Капитан в «Сказке Востока» к вечеру объявился, значит, ваш корабль пришел.
— Это новость! — не сдержался от радости Малцаг.
— Вот и расчет, — объявил администратор. — Я по-мужски свою миссию выполнил, — он двинулся к калитке. — Только помни: в порту досмотр.
— Погоди, — преградил ему путь Малцаг. — Помоги в порту, ты местный мужчина, — с ударением на последнем слове.
— Не могу, — сходу отмел скопец, — там столько глаз. Растерянный Малцаг слышал, как жалобно скрипнула калитка, как заскрипела под тяжестью повозка, тронулась и вдруг остановилась. Вновь грузные шаги, скрип калитки. Вновь он долго протирает платком голову.
— Фу, — грузно выдохнул администратор. — Хоть одно доброе дело свершу: детям надо помочь. В порту главный мулазим — мой брат. Собирайтесь, скоро вернусь.
Малцаг в это верил и не верил, думал и не мог. Понятно одно: они администратору здесь никак не нужны. Либо они тайно выезжают, либо их надо физически истребить. Скопец вроде выбрал первое, что тоже не просто.
«Может, что-то человеческое есть?» — думает Малцаг, а следом другая мысль: «А вдруг хочет подальше вывезти и там убрать?»
Нелегко Малцагу, нелегко. Он чем мог, вооружил всех, кроме детей, даже чуть взрослую землячку. Всех предупредил, даже показал, как действовать в случае опасности.
В этом, можно сказать, привычном напряжении он пребывал до зари, пока они практически без забот не оказались на борту корабля.
— Уходим, уходим! — скомандовал капитан.
— Погоди, еще сутки, — упрашивал Малцаг.
— Беглые рабы — хуже контрабанды. Надо быстро уходить.
— Тогда я останусь, — полез за борт кавказец.
— Постой, — удержал капитан. — Пойми, у меня на борту, — теперь шептал: — секретный груз. Я помню, сколько золота ты мне оставил в «Сказке Востока», и лишь за тобой в этот порт зашел, а не ради этого болвана, — он указал на больного мамлюка. — Скажи, что ты хочешь? Может, я помогу.
— Пойди еще раз в «Сказку Востока», — умолял Малцаг. — Ты ведь всех там знаешь. Найди Шадому.
— Шадому? Так я ее знаю, вчера танцевала, пела, играла, — тут он запнулся, — да не как всегда, с каким-то надрывом, вызовом. И ты знаешь, прямо во время концерта ее оборвали, увели.
— Помоги, — взмолился Малцаг. — Поверь, она стоит того. Многого она стоит.
Вряд ли капитан поддался бы на уговоры Малцага, да небо сжалилось над ним: как бывает в межсезонье, внезапно налетел ветер, проливной дождь, а с ними такой шторм, что в море не выйти. Капитан боится досмотра: весь день бегал к бортам, то на небо смотрит, то на берег. Но там ни души. Волны пристань разбивают, корабли качают, вот-вот с якорей сорвут. А к вечеру такая темень: ни зги не видать. Да тут, наверное, сыграл азарт.
— Пойду ради тебя и Шадомы в «Сказку Востока», — добр капитан. — Все узнаю, скоро приду.
Явился он на следующее утро, еще пьяный, но говорить, правда, бессвязно, мог.
