Спустился император во двор, подкрадывается потихоньку к фрейлинам, а те только тем и заняты, что поцелуи считают: ведь надо же, чтобы дело сладилось честь по чести и свинопас получил ровно столько, сколько положено, - ни больше ни меньше. Вот почему никто и не заметил императора, а он привстал на цыпочки и глянул.
- Это ещё что такое? - сказал он, разобрав, что принцесса целует свинопаса, да как хватит их туфлей по голове!
Случилось это в ту минуту, когда свинопас получал свой восемьдесят шестой поцелуй.
- Heraus![12] - в гневе сказал император и вытолкал принцессу со свинопасом из пределов своего государства.
Стоит и плачет принцесса, свинопас ругается, а дождь так и поливает.
- Ах я горемычная! - причитает принцесса. - Что бы мне выйти за прекрасного принца! Ах я несчастная!…
А свинопас зашел за дерево, стер с лица черную и бурую краску, сбросил грязную одежду - и вот перед ней уже принц в царственном облачении, да такой пригожий, что принцесса невольно сделала реверанс.
- Теперь я презираю тебя! - сказал он. - Ты не захотела выйти за честного принца. Ты ничего не поняла ни в соловье, ни в розе, зато могла целовать за безделки свинопаса. Поделом тебе!
Он ушел к себе в королевство и закрыл дверь на засов. А принцессе только и оставалось стоять да петь:
Шел солдат по дороге: раз-два! раз-два! Ранец за спиной, сабля на боку - отвоевал свое, а теперь держал путь к дому. Как вдруг навстречу ему старая ведьма, уродина уродиной: нижняя губа чуть ли не до самой груди висит.
- Добрый вечер, служивый! - молвила она. - Ишь сабля-то у тебя славная какая и ранец-то какой большой! Словом, молодчина солдат! Ну, сейчас у тебя будет денег сколько хочешь.
- Спасибо, старая карга! - отвечал солдат.
- Видишь вон то старое дерево? - продолжала ведьма и показала на дерево, стоявшее обок дороги. - Внутри оно совсем пустое. Полезай наверх - увидишь дупло, спускайся в него до самого низу. Я обвяжу тебя веревкой, а как кликнешь, вытащу назад.
- Да зачем я туда полезу? - спросил солдат.
- За деньгами! - ответила ведьма. - Дело-то вот какое. Как спустишься в самый низ, окажешься в большом подземном ходе, там совсем светло, потому как горит там сто, а то и несколько раз по сто ламп. Ещё увидишь три двери, их можно отворить, ключи торчат снаружи. Зайдешь в первую комнату - увидишь посреди большой сундук, а на нем собака. Глаза у неё с чайную чашку, только ты не робей! Я дам тебе свой синий клетчатый передник. Расстели его на полу, потом мигом к собаке, хватай и сажай её на передник, открывай сундук и бери денег сколько хочешь. Только в сундуке этом сплошь медяки, а захочешь серебра, ступай в другую комнату; только и там сидит собака, глаза что мельничные колеса, но ты не робей, сажай её на передник и бери деньги! Ну, а захочется золота, добудешь и золота, унесешь, сколько силы станет, зайди только в третью комнату. И там тоже сундук с деньгами, а на нем собака, и глаза у неё большущие, что твоя Круглая башня[13].
Всем собакам собака, верь моему слову! Только ты и тут не робей! Знай сажай её на передник, и ничего она тебе не сделает, а сам бери золота из сундука сколько хочешь!
- Так-то оно так, - молвил солдат, - да вот что ты с меня за это запросишь, старая карга? Ведь не даром же ты для меня стараешься!
- Ни гроша я с тебя не возьму, - отвечала ведьма. - Только принеси мне старое огниво, его Там позабыла моя бабка, когда спускалась туда в последний раз.
- Ну ладно, обвязывай меня веревкой! - сказал солдат.
- Вот! - сказала ведьма. - А вот и мой синий клетчатый передник.
Залез солдат на дерево, забрался в дупло и - верно ведь сказала ведьма! - очутился в большом проходе, и горит там не одна сотня ламп.
Открывает солдат первую дверь. В комнате и впрямь сидит собака, глаза с чайные чашки, таращится на солдата.
- Хороша красотка! - сказал солдат, посадил собаку на ведьмин передник, набрал медяков, сколько влезло в карман, закрыл сундук, водворил собаку на место и пошел в другую комнату.
Эге! И тут сидит собака, глаза что мельничные колеса.
- Ну, чего выставилась, смотри, глаза протаращишь! - сказал солдат и посадил собаку на ведьмин передник, а когда увидел, сколько в сундуке серебра, вытряхнул медяки и набил оба кармана и ранец серебром.
Ну, теперь в третью комнату. Вот так страшилище! Сидит там собака, глаза и впрямь как Круглая башня и ворочаются ровно колеса.
- Добрый вечер! - сказал солдат и взял под козырек: такой собаки он отродясь не видывал. «Ну да что мне в ней», - подумал он, но не удержался, ссадил собаку и открыл сундук.
