— Спасибо, — поблагодарила она Одуванчика. — Теперь я знаю, кто я. — И Кукурузинка шагнула вперёд.
Но травинки снова окружили её, ощетинились пиками.
— Ты у нас в плену, — угрожающе зашевелил зелёными усами Старший Травинка. — Хочешь быть на свободе — расскажи нам весёлую сказку.
— Не знаю я ни одной сказки. Ни весёлой, никакой.
— Вот задача, — смущённо пробормотал Старший Травинка. — Она не знает ни одной сказки! Как же быть?
Все вопросительно посмотрели на белоголового учителя Одуванчика. А он сомкнул серебристые ресницы и то ли уснул, то ли задумался.
Старший Травинка подождал, подождал — не выдержал. Нетерпеливо кашлянул. Одуванчик открыл глаза и тихо сказал:
— Пускай споёт песенку.
— Пусть поёт, пусть поёт! — закричали травинки хором и уселись в круг.
Хлопнула Кукурузинка в ладоши. Топнула маленькой ножкой. И звонким, весёлым голоском запела:
Песенка всем очень понравилась. Травинки вскочили и так оглушительно затопали ботинками, зазвенели шпорами, захлопали в ладоши, что у Кукурузинки голова закружилась.
— Молодец, — похвалил её Старший Травинка, — твоя песенка пришлась нам по душе. Мы отпускаем тебя на все четыре стороны. Скажи только, куда ты идёшь?
— Меня унесла Сорока. Я убежала от неё и теперь иду сама не знаю куда.
— Как же так? — забеспокоился Одуванчик. — Надо знать — направо ты пойдёшь или налево?
— Пойду по этой тропинке. Может быть, она и приведёт меня куда-нибудь.
— Может быть, — сказал Одуванчик.
— Ну иди… — вздохнул Старший Травинка.
Травинки расступились, пропуская Кукурузинку. Но тут старый учитель Одуванчик укоризненно покачал седой головой и недовольно сказал:
— Куда вы её отпускаете? Ведь она раздета и разута. Так нельзя.
Все сразу согласились с Одуванчиком. Травинка побежал за швейным мастером.
Портной Соломинка был тонкий и высоченный, с большой сумкой на боку. В руках он держал ножницы и мел. Из кармана его золотистой куртки торчала рулетка.
Старший Травинка попросил портного сшить для Кукурузинки самое красивое платье.
— Можно, — согласился Соломинка.
Засучил он рукава своей куртки. Сдвинул на макушку жёлтый берет. Выхватил из кармана рулетку и склонился над Кукурузинкой. Да только никак не мог дотянуться до неё. Тогда портной склонился ещё ниже. Вот уже он согнулся коромыслом. Вот превратился в колесо и вдруг закричал:
— Скорей! Поддержите! Сейчас я переломлюсь!
Травинки подхватили Соломинку за плечи, помогли ему выпрямиться.
— Фу, — облегчённо вздохнул он. — Ещё мгновение — и я переломился бы пополам. Вот задача! Как же снять с неё мерку?
В самом деле, это была нелёгкая задача. Ведь Кукурузинка ростом была чуть выше портновских красных башмаков с загнутыми носками.
— Придётся встать на колени, — посоветовал Старший Травинка.
— Пожалуй, — согласился Соломинка.
Однако и стоя на коленях, он не смог снять мерку с Кукурузинки.
— А попробуйте-ка встать на четвереньки, — предложил Старший Травинка.
Соломинка попробовал.
— Вот сейчас я снял бы с неё мерку, — проговорил портной. — Если бы… если бы у меня было четыре руки. На двух я бы стоял, а двумя снимал мерку. Где же раздобыть ещё пару рук?
Травинки в ответ только плечами пожимали.
Старший Травника взялся за усы, покрутил их и попросил совета у Одуванчика.
И опять старый учитель нацепил на нос большие круглые очки. Пригладил серебряную бороду, подумал и промолвил:
— Пусть Кукурузинка встанет на щит. А двое самых высоких и самых сильных из вас поднимут этот щит вместе с ней.
Так и сделали. Стоя на щите, Кукурузинка доставала Соломинке до плеча, и портной проворно снял мерку.
Потом Соломинка уселся на землю. Достал из сумки яркие лоскутки. Разложил их перед собой и стал кроить, звонко щёлкая длинными ножницами.
Затем он вынул из берета самую короткую и самую тонкую иголку и начал шить. Игла так проворно мелькала в воздухе, что за ней трудно было уследить.
Соломинка шил и вполголоса напевал:
Допев песенку, Соломинка встал. Воткнул иглу в берет. Рассовал по карманам рулетку, мел, ножницы и сказал:
— Готово.
